Снизу слышится какой-то шум, отвлекающий внимание Канса, который встаёт на ноги. Да и Айрин тоже поворачивается в сторону. Это даёт мне возможность бросить выразительный взгляд на Эйкара и призрак, продолжавший всё это время сыпать советами о том, как лучше всего прикончить сына хёрдиса, с раздражённым лицом исчезает в стене, бормоча что-то о неблагодарных студентах. Расслабленно выдыхаю — извергаемый им непрерывный поток слов здорово сбивал с толку, мешая слушать собеседников.
Тонфой, вернувшийся на своё место, объясняет причину шумихи внизу.
— У кого-то со старших курсов земляной голем вышел из под контроля. Одного уже разорвал надвое, остальные пробуют его прикончить.
Пока он говорит, думаю, как лучше сформулировать вопрос о колдунах. Об этих парнях я слышал уже дважды — один раз в очереди и второй — только что.
— А что за дикие колдуны? Слышал о них краем уха на севере, но без всяких деталей.
Канс, смотрит на меня поверх бокала, с лёгким непониманием.
— Ты удивляешь меня с каждым днём, Вайрьо. Неужели тебе мама на ночь страшные сказки не рассказывала? Про ужасных тёмных колдунов, которые придут и сожрут твою душу, если ты не прекратишь издеваться над старшими братьями?
Последняя фраза вызывает невольную усмешку. Интересный у него был расклад — обычно, наоборот, старшие издеваются над младшими. Отметить этот момент не даёт виконтесса.
— Они не такие уж и дикие. Просто люди, которые пытаются обучиться магии самостоятельно. Обычно — те, кого по какой-то причине не взяли в Хёниц. Или идейные сторонники хилианцев. После Войны трёх императоров, уцелевшие маги из четырёх уничтоженных университетов пытались создать на основе колдунов что-то вроде подпольной организации, но императорская канцелярия вместе со службой магического надзора уничтожили всех влившихся к ним дипломированных магов за пару лет.
Девушка замолкает и сразу за ней, слова берёт Тонфой.
— У них остались только крохи знаний, да может несколько книг. Но империя, как и Хёниц, считают их серьёзной угрозой. Любое изучение магии вне стен университета карается только одним наказанием — смертной казнью. Без исключений. Моему двоюродному брату отрубили голову, когда он пытался вызнать что-то перед отправкой в университет. Не спасла даже принадлежность к нашему дому.
Раздумываю, как аккуратно выяснить реальную силу и численность колдунов, но в дверном проёме показывается фигура Джойла. Айрин с радостным восклицанием салютует ему бокалом, а следом жест повторяем и мы с Кансом.