Екатерина Арагонская. Истинная королева — читать онлайн бесплатно полностью

Он сказал, что так поступать не подобает и что это может быть опасно.

По первому порыву Екатерина хотела выбранить врача за вмешательство. Что знает этот давший обет безбрачия доктор о любви? Как смеет он встревать между нею и Генрихом?

Но потом она увидела смятение в глазах мужа.

– Кейт, мне грустно говорить это, но сейчас мы не можем рисковать, – обнимая супругу, сказал он. – Признаться честно, я не представляю, как смогу спать в одиночестве, но, зная, как сильно желаю вас, боюсь утратить власть над собой и навредить нашему сыну.

Екатерина прижалась к нему. Это было ужасно. Генрих стал необходим ей в постели по ночам, так же как нужны ей были свет, вода и пища. Она ценила не только любовные утехи, но и уединение, возможность быть вместе без свидетелей, такая редкая в их жизни, до крайности публичной. Екатерина не знала, как сможет обойтись без всего этого.

Но она уступила, как обычно. Генрих всматривался в ее лицо, моля взглядом о понимании.

– Конечно, – сказала она, выжимая из себя улыбку. – Мы должны прежде всего думать о ребенке.

Как она скучала по нему, как ей не хватало его крепкого тела рядом в постели, его рук, обнимающих ее в темноте, его нежного бормотания на ухо, всей полноты их физической близости. Каким бы внимательным и любящим он ни был в течение дня – а он таким был, отдадим ему должное, – это не одно и то же. Однако замужние дамы из свиты уверяли Екатерину, что в браке так и должно быть: мужья не посещают жен в постели во время беременности. Некоторые женщины даже приветствовали это… Так что Екатерину уговорили смотреть на это как на доказательство заботы Генриха о ней и об их ребенке."

"По велению Генриха Екатерина неохотно согласилась в последний раз принять Фуэнсалиду. Тот принес ей тысячу глубоких извинений за то, что подвел ее, и получил формальное разрешение на отъезд в Испанию. С ним пришел и доктор де Пуэбла, старый и дряхлый, с печатью смерти на челе. Спустя несколько месяцев Екатерина узнала, что Пуэбла умер, и почувствовала необъяснимую печаль. Вероятно, все это время она неверно судила о нем, полагая, что старый дипломат предает ее. Донья Эльвира подбрасывала дров в очаг недоверия и враждебности, и смотрите, какой лживой оказалась она сама! Генрих настаивал, что доктор всегда старался ради нее. Так говорил его отец, и, вероятно, был прав. Жаль, что она не знала об этом раньше. Но отчаяние, в то время отравлявшее ей жизнь, теперь казалось давним ночным кошмаром. Люди, перенесшие вместе с ней все это, получили достойную награду, а те немногие, что покинули ее, были почти забыты. Екатерина слышала, что Франсиска де Касерес горько сожалела о том, что упустила возможность получить все выгоды от положения фрейлины при дворе королевы, но теперь ей было просто жаль бедную девушку.