По крайней мере, влияние мастера олмонера не распространялось на спальню! Она знала: Генрих скорее прислушается к ней, чем к Уолси. Разве не было тому подтверждений?
Вскоре Екатерина поняла, что Генрих, занятый военной кампанией, не расположен к писанию писем. Она распорядилась об устройстве эстафеты, чтобы гонцы переправляли сообщения между Лондоном и Францией, однако после нескольких дней молчания не желала уже ничего иного, кроме как узнать о здоровье короля. Особенно когда ей стало ясно, что французы продвигаются вперед. Целыми днями она стояла на коленях в своем кабинете и молила Господа не оставить ее супруга своим попечением. Екатерина не могла найти покоя, пока не получит известий.
Уолси находился с армией во Франции и, конечно, знал обо всем происходящем, поэтому Екатерина написала ему, прося сообщить о короле. «Я верю, уповая на Господа, что он вскоре вернется домой с великой победой, как подобает каждому государю на свете», – завершила она свое послание.
Но прошло две недели, прежде чем Екатерина дождалась ответа. За это время она едва не лишилась рассудка от беспокойства за Генриха. Как же велико было ее облегчение, когда Уолси сообщил, что все обстоит благополучно.
Екатерина ответила, что была крайне встревожена сведениями о риске, которому подвергает себя король. Для ее успокоения Уолси написал, что следит за Генрихом, и, полная искренней благодарности, она выразила ему признательность. «Молю вас, добрый господин олмонер, напоминайте королю, чтобы всегда действовал осмотрительно, дабы, по милости Божией, не приключилось каких неприятностей. Если вы примете во внимание, в каком я нахожусь положении, не имея ни утешения, ни малейшей радости, пока не получу новостей, вы не будете в обиде на меня за причиненное беспокойство»."
"В августовскую жару Екатерина со своими фрейлинами занималась шитьем штандартов, флагов и нагрудных знаков для находившейся во Франции армии. Она также изготовила новое нижнее белье, чтобы послать его Генриху. Она-то знала, как он взыскателен по части свежего белья, а получить его во время военных действий не так-то просто. Екатерина шила и шила, закатав тяжелые рукава и сняв из-за жары головной убор. Ребенок шевелился у нее под поясом.
Четыре года она наблюдала за тем, как Генрих управляет Англией, и давала ему советы, впитывала в себя запутанные и нигде не записанные правила английского двора. Теперь она чувствовала себя готовой к роли регента: присутствовала на заседаниях совета, выслушивала мнения лордов и принимала во внимание их рекомендации. Большинство дел, которыми они занимались, были невероятно скучными.