Екатерина не могла понять, почему Генрих, считая, что имеет права на французский престол, под чужим влиянием вел внешнюю политику, выгодную давнему врагу Англии. Впрочем, Испании тоже. Не стоит забывать об этом.
Наверное, лучше было помалкивать, но слишком многое стояло на кону. В ту ночь, после того как Генрих закончил предаваться любви, Екатерина решила, что теперь супруг в подходящем настроении и прислушается к ее словам, как бывало всегда. Она была уверена: стоит ей поделиться с ним своей новостью – и он будет готов согласиться со всем, что она скажет.
– Может быть, мой Генрих, нам не следовало сегодня любить друг друга, – проговорила Екатерина, уткнувшись в шершавую кожу его щеки.
– Ммм? Дорогая, вы плохо себя чувствуете? – спросил он, улыбаясь и целуя ее в висок.
– Самочувствие мое прекрасное, – она подняла на него взгляд, – какое и должно быть у женщины в моем положении!
Голубые глаза Генриха расширились.
– Хвала Господу, Кейт! Вы уверены?
– Уже три месяца. Я не хотела говорить вам раньше. Надо было подождать. Но теперь я знаю точно, и я очень счастлива!
Генрих обнял ее крепче и радостно поцеловал:
– Это самая приятная новость, какую я слышал после Битвы шпор! Дорогая, я так рад! Я говорил вам, что Бог нас не забыл. На этот раз все будет хорошо – я знаю! Когда это случится?
– Думаю, к Рождеству.
Они лежали и разговаривали о принце, который, Генрих не сомневался в этом, находился в ее утробе. О его будущем дворе, о турнирах, которые устроят в честь его рождения.
– Уолси должен стать крестным отцом, – сказал Генрих.
– Я бы предпочла кого-нибудь другого, – осмелилась перечить Екатерина, зная, что сейчас можно.
– Почему же нет?
– Боюсь, Уолси слишком симпатизирует нашим врагам-французам. Думаю, он противится моему влиянию и, мне кажется, постоянно работает против интересов Испании.
Она почувствовала, как Генрих напрягся в ее объятиях.
– Я так не считаю, – помолчав, произнес он. – Он верен мне и очень прагматичен, когда дело касается внешней политики. Я бы доверил ему свою жизнь и свое королевство.
– Именно это ему и нужно! Править здесь, пока вы играете роль короля.
Тут же она пожалела о сказанном.
– Кейт, вы действительно так думаете?
– Генрих, пока вы проводите время за играми и пирами, Уолси приобретает все больше влияния и узурпирует власть, которая по праву принадлежит вам как миропомазанному королю. И так думаю не только я. Уолси вызывает недовольство у многих ваших приближенных.
Генрих откинулся на подушку:
– Они просто завидуют. Ни один из них не достоин носить для него свечу.
– Генрих, вашими советниками должны быть ваши лорды. Они рождены для этого, происходят из древних родов со славной историей службы короне.