Использованную отдавал в фотоателье, там ее проявляли и печатали снимки. Вике нравилось их рассматривать. Часть она вклеивала в альбом, остальные подписывала с обратной стороны и складывала в пакет. Когда снимков набралось много, я отнес его на почту, где отправил родителям жены. За месяц доберется. Мы и в Германии так делали. А еще звонили по телефону. Удивительное дело! В Минске связь нередко оставляла желать лучшего, а звонок из Франкфурта или Буэнос-Айреса отличался чистым звуком: слышно было даже дыхание собеседника. Заодно поговорил с начальником службы безопасности и бухгалтером Тамарой. В Минске было тихо: нас никто не искал. Николай Сергеевич уточнил: в силе ли наш договор? Подтвердил. Пусть готовит службу безопасности к нашему возвращению. Заплату выплачивают? Да. Вот пусть и работает. С зарплатой проблем не было. Уезжая, я оставил бухгалтеру стопку чистых чеков с подписью. Она вписывала нужную сумму, ставила дату и печать и несла в банк. Там без звука выдавали наличные. Рисковал ли я? Немного. Бухгалтер могла меня обокрасть, сняв все деньги. Но, во-первых, наплевать, во-вторых, Тамара на такое не пойдет. Потому что уголовная статья. Денег же себе она и так может взять сколько пожелает: я сказал, чтобы не стеснялась. Все равно сгорят. Вернусь – новых заработаю.
На четвертый день нас ждал сюрприз. Мы как раз заканчивали завтрак, когда в ресторане появился мужчина в строгом костюме, белой рубашке и темном галстуке. Окинув зал взглядом, он уверенно направился к нашему столику. Я узнал его. Серхио из посольства Аргентины в Москве, тот самый, который сделал нам паспорта.
— Буэнос диас! — поздоровался он, подойдя. — Рад видеть вас, Михаил Иванович! Познакомьте меня с вашей очаровательной супругой.
— Сергей Петрович, он же Серхио, — не замедлил я. — Фамилии не знаю. Благодаря ему мы получили аргентинские паспорта.
— Виктория Петровна, — сказала жена.
— Она же Мария Гомес, — улыбнулся Серхио. — Помню. Как зовут меня, слышали, а фамилия моя Серков. С двумя «эф» на конце, как здесь принято. Я потомок русских эмигрантов, перебравшихся в Аргентину в начале века. Разрешите присесть?
Я кивнул и подозвал официанта.
— Кофе, — сказал ему Серков. — Есть не буду – сыт.
— Что вы делаете в Буэнос-Айресе, Сергей Иванович? — поинтересовался я, когда официант удалился. — Вызвали в МИД?
— Не угадали, — засмеялся он. — Здесь я с февраля. Назначен помощником президента республики. Вы помогли мне с карьерой. Кстати, уважаемые Михаил Иванович и Виктория Петровна.
