Как у генерала. Аксельбантов только не хватает, — улыбнулся он.
Вечером 31 марта мы подъехали к «Розовому дому», так переводится Каса Росада. Возле него наблюдалась очередь из представительских авто. Мы дождались своей, Алонсо подкатил к входу, выскочил и открыл нам дверцу «кадиллака». Я выбрался первым и помог Вике. Она взяла меня под руку, и мы направились к дверям по пути миновав караул из гвардейцев. За порогом я предъявил служителю пригласительные, он их рассмотрел и вернул, указав на широкую мраморную лестницу – дескать туда.
Прием приходил в Белом зале. Мы вошли в него и остановились в нерешительности. Зал был полон людьми, они перемещались по нему, здоровались, разговаривали – словом, приятно проводили время. Мы же здесь чужие, никого не знаем. По-испански – ни бельмеса. Внезапно от толпы гостей отделилась и направилась к нам молодая женщина. На ней было белое платье с подолом до щиколоток, выгодно подчеркивающее стройную фигуру, и такого же цвета перчатки до плеч. Обута в туфельки на каблуке. На шее – нитка жемчуга, им же украшена прихотливая прическа. Я узнал в ней Анну – пациентку, которую исцелил от слепоты в Минске.
— Добрый вечер, сеньор Мурашко! — сказала она, подойдя ближе. — Или уже Родригес?
— Как будет угодно сеньорите, — поклонился я.
— Тогда Родригес. Познакомьте меня с вашей спутницей.
— Мария Гомес, моя жена.
— Добрый вечер, сеньорита! — сказала Вика по-английски. Его она знает неважно, но достаточно для короткого разговора.
— Рада приветствовать вас, Мария, — отозвалась бывшая пациентка. — Меня зовут Зулема Мария Ева Менем. Можно просто Зулема.
Хм! А как же Анна? Этим именем она представлялась в Минске. Вот ведь конспираторы! Если правильно понял, перед нами дочь президента. Вот почему нам выдали аргентинские паспорта.
— Вы красивы, сеньора Мария, — сказала Зулема. — Неудивительно, что муж вас так любит. Я это поняла еще в Минске. Идемте, познакомлю вас с гостями.
И мы пошли. Я пожимал руки, говорил «очень приятно» по-испански (несколько нужных фраз прочел в путеводителе), и Зулема тащила нас дальше. Энергия из девушки просто фонтанировала. Гостям она представляла меня знаменитым целителем, чей дар признан в Германии. Упоминание этой страны производило впечатление, на меня смотрели с уважением. Передо мной, как в кино, мелькали лица, смокинги, мундиры, вечерние платья и украшения на шеях и в прическах женщин. Зарябило в глазах. К счастью, объявили выход президента.
Карлос Менем вошел в зал быстрой, пружинистой походкой.
