Автор
Ежедневная жизнь в саду превратилась в поиски отсутствующих трусов. Его взгляд острый как щепотка, а реакция при мысли о возможном разводе шокирует до глубины души. Но это не главное - он теперь натягивает боксеры на тыльной стороне которых висят обкуренные куртки и сигареты......
Наверно, объяснялось это тем, что моя мать всегда была помешана на уходе за собой, и сейчас, в сорок семь, еженедельный поход в салон красоты по-прежнему оставался для нее строго обязательным. Правда, была в этом и обратная сторона: когда прыщ или сломанный ноготь превращается в трагедию, это раздражает намного сильнее.
Она неделю лежала в больнице, напомнил я себе. Какие там корни-ногти, у нее, наверно, и ноги небритые. И подмышки.
Впрочем, не прошло и нескольких минут, как я забыл об этом. Начали мы, разумеется, с разговора о Тошке: как он попал к Наталье из частного зоопарка, как ей пришлось приучать его к дому, о его всевозможных кошмарных выходках и скверных привычках.
Я был удивлен, узнав, что она моя ровесница и работает ветеринаром.
- А хищников приходилось лечить? – спросил я, встав в очередной раз сварить кофе.
- Больших - нет, - вздохнула Наташа. – Когда еще училась, была на практике в цирке, но там мне только собачек доверяли.
- Кошмар, - я налил ей кофе и предложил коньяка, но она отказалась. – Большой крокодил?
- Нет, меньше метра. Но зубастый, собака. Пришлось обратно усыплять и в зоопарк везти.
Еще ни с одной девушкой мне не было так легко при знакомстве. Выражение ее лица менялось постоянно, и я наблюдал за ним с интересом. Веселое, серьезное, задумчивое, потом пробегала какая-то грусть, и тогда хотелось спросить: «Что у тебя случилось? Чем тебе помочь?» Но она уже снова улыбалась какой-нибудь моей немудреной шутке, и я из кожи вон лез, чтобы заставить ее улыбнуться опять. Чтобы еще раз полюбоваться ямочками на ее щеках – удивительно милыми, как у ребенка.
Если честно, хотелось отвесить легкого пинка Тошке, который, несмотря на полную миску, терся под ногами, курлыкал журавлем и тянул лапы, клянча печенье. Я боялся: Наташа посмотрит на него и вспомнит, что пора домой, а мне так хотелось, чтобы она побыла еще. Часы висели за ее спиной, но я-то видел, сколько времени мы уже сидим здесь. В любой момент она могла встать и уйти.
Ну и что? У меня же есть ее телефон. Я могу позвонить и пригласить ее куда-нибудь.
