Нет… Нет! НЕТ! Она нужна… Пока что.
Когда я пытался убивать, то ничего не выходило, нечто запрещало это делать. Словно незримое вето. Но порой, когда кровь требовала уничтожения, я словно сам в такие моменты пытался противостоять ей. Я потерял ту грань между своим разумом и навеянным.
Если честно, то я… ужасно запутался и устал.
Хотелось забыться, провалиться во тьму и избавиться от назойливых эмоций. Навсегда. Избавиться от своего наследия. Навечно.
Постоянное раздражение, неутихающая злоба, вездесущая ярость и еще десятка два мерзких эмоций. Знал бы кто как это расшатывает и по крупицам разрушает рассудок. Наверное, поэтому я и стал малость сумасшедшим. Лишь опасаюсь, что когда-нибудь не вынырну из неистовства и свихнусь окончательно.
Исчезла Альяна, после ушел Бетал, а теперь я часть Вечного Ристалища. Не осталось никого, кто смог бы хоть капельку помочь.
Так что вот уже несколько дней удавалось держаться только на силе воли. Клин дышал на ладан, но выбора нет… Буду держаться столько, сколько получится.
— Ты как… Ранкар? — раздался усталый голос позади.
Полубог отставал всего на шаг, и я вынужден признать, что командир «Осколков» мировой мужик. С самого начала всей операции темп пришлось взвинтить запредельный, а тот хоть и отставал от меня, но продолжал держаться.
— Лучше… всех, — истерично хмыкнув, отрывисто пробормотал я, быстро огибая болотную трясину и пытаясь перемещаться по твёрдой поверхности, попутно с этим отслеживая любую живность в радиусе пятидесяти метров. — Сколько у нас времени?
— Около получаса. Через пять-десять минут должны быть на месте.
Вот и хорошо. Нужно еще потерпеть. Держись, Цуг, мы почти прибыли.
Правда, уже в следующую секунду груз на моём плече неуловимо зашевелился, а сам я невольно усмехнулся.
Надо же. Крепкая. Уже пришла в себя.
— Можешь не искать свою мелкую заточку, — заговорил я негромко в пустоту. — Всё равно не найдешь. Попытаешься сделать глупость или каким-то образом использовать на мне свою магию, себе же хуже сделаешь. Если хочешь жить, то лежи и не дёргайся, иначе снова вырублю.
— Вы… мерзавцы! Развяжите меня! — с ненавистью прошипела дриада мне в ухо. — Кто вы такие? Зачем меня похитили? Где мы находимся?
— Прости, малышка, но обстоятельства вынудили, — без грамма жалости отметил я, сигнализируя полубогу о том, что девчонка пришла в себя, на что тот утвердительно кивнул. — Жизнь несправедлива, а дерьмо случается повсеместно. Глаза открывать тебе не буду. Боюсь, не понравится то, что увидишь.
— Так я тебе и поверила, — злобно зарычала она. — Ты лжец! Я не слепая и всё видела.