Кровавая сикорашка... Она думает, что может игнорировать меня. Но я не простой человек - могу причинить ей серьезный ущерб, даже полностью исчезнуть из её воспоминаний. Она ни о чём не боится и ментальный удар — для неё настоящий кошмар.
На солнце да натощак самогон производил впечатляющее действие. Кея даже закачало. Он вспомнил, как Вета гнала свое пойло: с горящими глазами, не допуская посторонних разговоров, но она всегда благосклонно относилась к присутствию зрителей-помощников. Двери и окна в ее доме закрывались, и квартирант, он же вечный должник Кей Римти, впадал в приятное, полусонное состояние, наблюдая из мягкого кресла, как хозяйка и ее странный сосед Хью, шепотом переговариваясь, нарушают закон о государственной монополии на крепкое спиртное.
— Проснись! — потребовал Грамон. — Видишь вон там, за дальним лесом, купол со шпилем? Это вроде бы один из храмов Всех Богов, тут их полно… А может, и нет, не важно. Когда я тут был на учебных сборах, храм реставрировали, он стоял в лесах, и по этим лесам мы забрались на самый купол с какими-то незнакомыми девчонками. Тут свободные нравы, ты верно подметил. Ну, или просто так бывает в юности. И вот…
— Избавьте, Хью, меня не интересует, насколько кощунственно вы потеряли девственность! — отмахнулся Кей.
Грамон некоторое время смотрел на Римти так, будто подумывал скинуть его оплеухой с крыши. Потом вздохнул и достал флягу."
"— Без третьей раздачи не будет удачи. Тысячу лет назад, Кеюшко, провозглашенная крохотная, но гордая держава к западу отсюда назвалась Империей.
