Лала влюбилась в одного друга брата, но вышла замуж за другого. С мужем сложились искренние отношения, но первая любовь дает о себе знать. Героине предстоит выбор между привычным счастьем и зовом сердца, когда прошлое неожиданно возвращается в её жизнь.
И на глазах у десятков своих подчиненных целую.
Эмоции… Вот что делает жизнь по-настоящему яркой. Правда, если длительное время себя от них отгораживать, в надежде избежать потрясений, об этом почему-то начинаешь забывать. А зря. Исключать, что память может в любой момент вернуться и вышибить из тебя дух, нельзя. Лала вон как быстро меня реанимирует. Только за сегодняшний вечер мой скудный эмоциональный спектр пополнился такими чувствами, что… Я же говорил, что сдохну? Вот как пить дать. Нельзя так. Нельзя человеку моего возраста, чтобы вот так из одного в другое швыряло.
– Да понял я, понял, что тут произошло. Что за Максакбек? – веду губами по ушку.
– Новенький. Его на подсобные работы взяли, – вздыхает Лала.
– Ты прикинь, тут льет, этот Макса… как его там, что-то тараторит. Ни хрена не по-нашему. Хорошо, хозяйка пришла, все решила, – вмешивается в разговор шеф. – А то бы и знать не знали, что этот Макса… помочь может. Отделались малой кровью.
Хозяйка, значит. Ну, если Игорь мою ляльку хозяйкой признал, то все. Тушите свет.
– Максакбек, Игорь Валерьевич, зовут парня, – выныривает Лала, грозно нахмурившись.
– Запомню, – улыбается в усы мой самый лучший шеф.
Блин, у меня чуть открытие не сорвалось, а я в ответ тоже лыблюсь. И все лыбятся по-доброму. Весь персонал. И Антон. Одна Ольга хмурится, которой тоже, видно, сообщили.
– Пойду, что ли, помогу чем… Максакбеку.
– А ты умеешь? – Лала округляет глаза. Шоу мы уже и так устроили порядочное, поэтому на вопрос жены я лишь коротко киваю. И еще на секунду задерживав на ней, такой нереальной, взгляд, мягко замечаю:
– Приводи себя в порядок. Здесь без тебя все уберут.
– Да мне нетрудно помочь. Люди делом заняты, а я танцую.
В общем, пока мы с Максакбеком возимся с трубой, моя эксклюзивная женушка вычерпывает воду с пола в холодном цехе. Сюрреализм, да? Не-а. Самое интересное начинается чуть позже. Когда к нам присоединяются четы Брагиных и Панаевых, собравшихся уходить, да как-то резко передумавших. Долгие годы потом среди персонала и даже в прессе будут ходить байки про этот вечер. Со временем они трансформируются, обрастут выдуманными подробностями и совершенно перестанут походить на правду. Но мы навсегда запомним, как всемером до утра сидели в постепенно пустеющей кухне, пили, обсуждали рукожопых производителей труб и много-много смеялись.
Домой возвращаемся, когда уже рассвело. Море планов на мою девочку и одержимых фантазий отступает на фоне выпитого и взорвавших меня эмоций.
