В накидке пляжа Лала предстает перед читателем как женщина, ставящая все под сомнение. Несмотря на внешнюю невозмутимость и даже легкую игривость в поведении, внутри она мучается выбором между правдой и самоидентификацией. Книга о внутренних противоречиях, где каждое слово наполнено глубиной и эмоциями....
– Хочешь придумать стоп-слово?
Пальцы Назара, поглаживающие мою ягодицу, замирают и тут же требовательно вдавливаются в кожу.
– Интересно, откуда моя невинная женушка прознала о стоп-словах.
– Эй! Я ж не в лесу жила. Стоп-слово даже у моего папы было. – Назар выпучивает глаза, а я со смешком продолжаю: - Когда я ехала в магазин за сумочкой, стоп-словом было…
– Ну?
– «В пределах пятидесяти тыщ», – шмыгнув носом, довольно похоже парадирую голос отца. Назар смеется, уткнувшись лицом мне в шею.
– Ты чудо.
– Скорее уж проклятье, – мрачнею.
– Нет. Не думай так. Я рад, что все так сложилось.
И что к этому добавить? Не знаю. От его слов мне только хуже становится. Ком в горле разбухает. С губ рвутся рыдания. Я абсолютно точно не заслуживаю такого мужчину.
– Эй, ну ты чего опять ревешь?
– Я даже пальца твоего не стою.
– Не смей так говорить.
– Ты самый лучший на свете, Назар. А я… Я просто идиотка. Прав Марат. Нужно было меня пороть.
– Учитывая то, с какой легкостью в нашу жизнь просачиваются всякие сексуальные извращения, до порки мы дойдем в самое ближайшее время.
"Я кусаю губы и некрасиво хрюкаю, не в силах удержать в себе смех. Ну, вот как? Как ему это удается? Секунду назад я плакала, а сейчас заливаюсь хохотом.
– Ужас, – машу руками перед лицом. – У меня, по-моему, истерика.
– К твоей истерике я был готов.
Надо все-таки в душ. Может быть, в голове прояснится. Потому что пока в ней царит хаос. Ни одной связной мысли. А еще я очень волнуюсь о том, как сам Назар это все переживает.
– Тебя волнуют эти мысли? Ты представляешь нас втроем? – интересуется он, гипнотизируя меня, как удав кролика. Я резко зажмуриваюсь. Медленно сглатываю. Распахиваю глаза… И киваю. Врать ему нет сил. К тому же в этом нет никакого смысла. Назар сам подсадил мне в голову мысли об Антоне и теперь, как заботливый садовник, вспахивает почву, чтобы мои фантазии расцвели буйным цветом.
– Значит, ты согласна?
– Если хочешь, можно попробовать.
– Тогда я поговорю с Антоном?
– Поговори. Если он откажется, все наши разговоры вообще не имею смысла.
Я хочу… Очень хочу, чтобы он отказался. Все во мне кричит, что так нельзя. Но чертова похоть выжигает меня до пепла. Аллах! Пусть это сработает. Я так устала… Я так хочу, чтобы меня отпустила эта неправильная любовь. Ничего в жизни я так не хотела!
На следующий день я жду Назара дома.
