Автор
Итни окинула взглядом спальню и убедилась, что комната, где прожила тридцать лет, теперь чиста и аккуратна. Выдвинув ящик комода, она осторожно держала в руках пистолет - черный и холодный, как ночь. В трубку загудело, затем раздался ее дочь Трейси: "Алло?"
– Со мной все в порядке, – пробормотала Трейси. Скоро все останется позади. Через несколько часов она будет на пути в Швейцарию.
– Хорошо. – Он подал ей обоюдоострый нож, моток крепкой веревки, фонарик и маленькую, перевязанную лентой синюю коробочку, в каких держат драгоценности. – Копия той, которую вам надо подменить, – объяснил он.
Трейси вздохнула, вошла в контейнер и села. Через мгновение сверху упало полотнище холста и загородило вход. Трейси слышала, как снаружи контейнер стягивали веревками.
– С этого момента никаких движений, никаких разговоров. И не курить!
«Я вообще не курю», – хотела ответить Трейси, но у нее не хватило сил.
– Bonne chance![122] Я проделал с этой стороны несколько дырочек, чтобы вы могли дышать. Только не забывайте дышать! – Мужчина рассмеялся собственной шутке, и Трейси услышала, как удалились и затихли его шаги. Она осталась одна в темноте.
Контейнер был узким и заполненным вещами – большую часть пространства занимал столовый гарнитур.
В ушах опять прозвучал голос Гюнтера: «Вам не придется ни о чем беспокоиться. Когда самолет разгрузят, ваш контейнер отвезут в частный гараж неподалеку от аэродрома. Там вас будет ждать Джеф. Отдайте ему камни и возвращайтесь в аэропорт.
Трейси, должно быть, задремала и проснулась от толчка, когда контейнер подняли в воздух. Ящик раскачивался, и она хваталась за все подряд, чтобы удержаться на месте. Контейнер опустили на что-то твердое. Стукнул закрываемый борт, взревел мотор, и через секунду грузовик тронулся с места.
Трейси повезли в аэропорт.
Весь план основывался на том, что ее контейнер поступит под погрузку в последнюю минуту перед отлетом – почти в то же время, что и контейнер «Де Бирс». Водитель грузовика получил строгие инструкции – держать постоянную скорость пятьдесят миль в час.
Движение на шоссе в аэропорт в это утро оказалось оживленнее, чем обычно, но шофер не беспокоился.
