Улюлюканье и крики приближаются, хоккейная команда несется за мной, как стая койотов по следу раненой добычи.
Слезы угрожают затуманить то немногое, что осталось у меня, чтобы видеть в темноте. Я смаргиваю их, размахивая руками и не обращая внимания на боль, которая уже нарастает в икрах.
Они причинят мне боль.
Если я вообще её переживу.
Рядом с библиотекой я замечаю кирпичную стену высотой мне по пояс, окруженную живой изгородью. Сердце колотится у меня в горле, я карабкаюсь по стене, кожа на моих руках содрана и шелушится. Я спрыгиваю вниз, пригибаясь как можно ниже, чтобы слиться с тенями.
Две пары кроссовок шлепают по бетону, замедляя шаг, когда понимают, что потеряли мои очертания в темноте. Я замираю и задерживаю дыхание, не смея пошевелить ни единым мускулом.
— Не могу дождаться, когда трахну ее, — усмехается Трей. — С первого дня хотел уничтожить эту сладкую киску.
Желчь подступает к моему горлу. Если и есть кто-то, кого я боюсь так же сильно, как Уэса, если не больше, то это Трей.
Он уже добирался до меня. Если ему удастся сделать это снова, я не уверена, что на этот раз мне удастся от него сбежать.
— Ты берешь ее киску, а я возьму ее рот, — говорит ему Броуди. Они смеются вместе, их шаги затихают, когда они проходят мимо.
Я жду, когда раздадутся их шаги или появятся другие, но, когда их нет, я делаю медленный, успокаивающий вдох, прежде чем медленно поднимаюсь по кирпичной стене и упираюсь руками, чтобы подтянуться вверх.
Я побегу обратно в общежитие. Я буду держаться тени возле зданий и смешаюсь с толпой, сбегу от них…
С тротуара в пяти футах от меня наблюдают два Дьявола.
— Готова поиграть, красотка? — Трей растягивает слова.
Мое сердце чуть не взрывается в груди, и я пытаюсь перемахнуть через стену и сбежать, но обе их руки уже на мне, оттаскивая меня назад.
Из моего горла вырывается крик, мое последнее оружие для самосохранения. Но они только смеются, даже не потрудившись прикрыть мне рот.
Они прекрасно понимают, что мы здесь одни. Я и двадцать пять дьяволов.
— Мы поймали ее! — Броуди кричит своим товарищам по команде. Несколько возгласов в ответ, прежде чем подбегают другие.
Трей наклоняется к моему уху и шипит:
— Я разочарован. Я ожидал лучшего боя.
Я бьюсь в их руках, но это бесполезно. Повторение того дня, когда они поставили меня на колени в коридоре, удерживая на месте и не давая сбежать.
Только на этот раз их двадцать пять, и ни у кого нет шансов спасти меня.
Угроза Трея звучит у меня в голове.