Пассажиры другой платформы — два побелевших от страха подростка — сидели на полу, уцепившись друг за друга. Один из них был мужского пола, другой — как уже натренировался различать Этан — женского. Они с ужасом смотрели на кровь, видимо, решив, что чуть не убили человека.
Этан, сжав кисти рук в неплотные кулаки, чтобы не забыть, что ему нельзя ни до чего дотрагиваться, приказал испуганному мальчишке сделать из чего-нибудь тампон и остановить кровь. Он постарался, чтобы его голос звучал как можно более начальственно. Девушка плакала и жаловалась, что у неё сломано запястье, но Этан готов был поспорить на сумму в бетанских долларах, что это всего лишь растяжение. Хельда, держа руки точно так же, как Этан, локтем открыла панель комм-линка в стене и вызвала помощь. В первую очередь она позаботилась о команде санобработки из собственного отдела, во вторую — о вызове Станционной Службы Безопасности, и только в третью — очень не сразу — о медтехнике для пострадавших.
Этан испустил колоссальный вздох облегчения. Ему не придётся искать Службу Безопасности — она сама сейчас сюда явится. Ему осталось только сдаться на милость профессионалов, и даже не пришлось заботиться о том, чтобы отыскать какой-то путь из этого лабиринта.
Первой прибыла команда санобработки. Задраив герметичные переборки, они отсекли место происшествия от остального мира и начали тщательно дезинфицировать стены, полы, потолки и вентиляционные ходы ультразвуковыми очистителями, рентгеновскими стерилизаторами и мощными антисептиками.
— Ты будешь разговаривать с людьми из Безопасности, Теки, — скомандовала Хельда своему ассистенту после того, как забралась в герметизируемую пассажирскую платформу, привезённую дезинфекционной командой. — И смотри, чтобы они как следует задали этим двум… катальщикам.
Двое подростков побледнели ещё сильнее, и даже то, что Теки исподтишка кивнул им головой, их не подбодрило.
— Ну что, иди же, — рявкнула Хельда, обращаясь к Этану.
— А? А… — Этан надеялся, что односложные ответы не выдадут его акцент, но для получения информации они годились мало. Он отважился произнести слово подлиннее: — Куда?
— В карантин, разумеется.
Карантин? Как надолго? Он, должно быть, произнёс эти слова вслух, потому что один из санобработчиков, который в этот момент подгонял его к гравитационной платформе, сказал успокаивающе:
— Мы тебя только почистим и сделаем прививку. Если ты к девушке опаздываешь, можешь позвонить ей оттуда. Мы за тебя заступимся.
