Лорд Шаридан ди Джинринн пытается сохранить достоинство во время допроса, используя свое вежливое поведение как защиту. Его дворянские корни и умение быть безукоризненно вежливым становятся ключом к выживанию в тюрьме. Интрига разворачивается вокруг его положения и отношений с леди Альгринн.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Фамильное древо» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Лорд Шаридан ди Джинринн пытается сохранить достоинство во время допроса, используя свое вежливое поведение как защиту. Его дворянские корни и умение быть безукоризненно вежливым становятся ключом к выживанию в тюрьме. Интрига разворачивается вокруг его положения и отношений с леди Альгринн.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Ахметова Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Лорд Шаридан ди Джинринн пытается сохранить достоинство во время допроса, используя свое вежливое поведение как защиту. Его дворянские корни и умение быть безукоризненно вежливым становятся ключом к выживанию в тюрьме. Интрига разворачивается вокруг его положения и отношений с леди Альгринн.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
- Они ведь ядовитые, - тихо сказала Джоана и чуть сильнее сжала пальцы на моем предплечье.
- Леди прекрасно эрудирована, - ослепительно улыбнулся художник. - Крылатки становятся ядовиты, как только превращаются в бабочек.
Я наконец смогла оторвать взгляд от смертельной радужной волны на стекле - и снова прикипела.
Пожалуй, я впервые в жизни видела мужчину, способного поспорить красотой с Третьим.
То есть… менее похожие типажи было еще поискать. Его Высочество собрал в себе лучшие черты старой ирейской аристократии: изящное телосложение, точеное лицо, великолепные манеры и поставленная самыми именитыми хореографами пластика движений. Вся его внешность - сдержанная, исполненная достоинства; над его образом работал не один десяток человек. Перед принцем хотелось склониться, признавая его превосходство.
Стоящий передо мной мужчина чем-то ассоциировался с нарисованной им волной. Легкая небрежность в одежде - воротник рубашки, распахнутый чуть сильнее, чем следовало бы, свободно развевающийся конец пестрого шелкового шарфа, торчащая из кармана узких брюк тонкая перчатка; невозможного оттенка глаза - темно-голубые, как небо над морем перед грозой, - темные брови вразлет, будто он всегда немного хмурится, и асимметричная улыбка, наполняющая все черты лица каким-то неуловимым внутренним светом, отличающим действительно красивых от рождения людей.
Склоняться перед ним не хотелось определенно. Он вызывал совершенно ошеломительное желание прижаться губами к его вечно приподнятому левому уголку рта или хотя бы немедленно сменить старое платье, сшитое по эскизу для дам, готовящихся в скором времени снять траур, на что-нибудь более светлое и подходящее молодой леди.
- В этот период жизни они ярче всего, - продолжил художник, вежливо не замечая моей реакции, и указал на первый витраж - действительно самый яркий, розово-рыже-сиреневый, как закат над водой. - Через две-три недели крылатки переходят в цвета холодного спектра, - плавный жест, привлекающий внимание к второму изображению триптиха, - и утрачивают ядовитые свойства. Из чешуек на крыльях синих и голубых бабочек делают основу для укрепляющих средств по уходу за волосами. А к концу жизни, - художник перешел к последнему витражу, - крылатки выцветают до бледно-сиреневого цвета и прячутся. Бледно-сиреневые крылатки больше всего ценятся коллекционерами, поскольку их очень сложно найти.
- Вы рисовали с голограммы? - спросила я и сама не узнала свой голос.
- Нет, миледи, - художник улыбнулся чуть шире, левый уголок его рта приподнялся еще выше - и на щеке обозначилась сногсшибательная ямочка. - Я имел счастье побывать в Павеллийском Национальном заповеднике, где лично наблюдал за самшитовыми крылатками.
