(Позднее Наан узнала, что напряжение разряда жезла зависит от силы сжатия его рукоятки. По-видимому, на этот раз она сжала рукоятку изо всех сил…) Часовой повалился, как подкошенный.
Наан прыгнула в водительское кресло, напялила на голову обруч с мнемодатчиками и постаралась как можно яснее произнести про себя команду: «Вверх!»
Аппарат не шелохнулся.
«Слова тут ни при чем», – подумала Наан и попыталась представить, что взлетает в воздух. Но чуда не произошло и тогда.
Самым отвратительным было то, что она совершенно не могла сосредоточиться. Страх вытеснил из ее головы все мысли, кроме одной, путанной и совершенно бесполезной сейчас, появившейся во время борьбы с Дент-Шаим: «Мои родители казнены… У нас существует смертная казнь?.. Кем они были?..»
Краем глаза Наан видела, что десяток преследователей спускаются к ней, и постаралась изгнать из своего сознания неуместные вопросы.
«Небо! Небо!..» – Она заставила себя ясно представить, как взмывает в лазурную высь… Но это так ничего и не дало ей. «Я буду схвачена… Может быть, именно за такие поступки и карают смертью?.. В семействе Мари смертная казнь – добрая традиция, – с горькой иронией подумала она. – Эдакий фамильный признак…»
«Код! – внезапно дошло до нее. – Какая же я бестолковая идиотка!..» Она поискала глазами и тут же нашла сиреневое пятно в форме пятерни на левом подлокотнике кресла. – «Ввел ли Лабастьер мои параметры, как обещал? А вдруг все-таки не ввел?»
Она вложила кисть руки в контуры и почувствовала легкое покалывание. Антиграв задрожал, оживая… А затем – стремительно взвился в поднебесье!
Перегрузка буквально вдавила ее в кресло, а в ушах послышался свист ветра. Чудовищная скорость была, наверное, обусловлена силой желания Наан убраться отсюда подальше.
И на этой безумной скорости она врезалась прямо в рой мчавшихся к ней преследователей.
Звук удара, крики боли и испуганные ругательства она слышала лишь пару секунд и вскоре была уже много выше места столкновения. Выделывая немыслимые пируэты и мертвые петли, она неслась в неведомом ей самой направлении.
Если Охотник сумел уснуть,
Ветер пожаром ли будет дуть,
Враг ли вокруг него…
Если Охотник решил вздремнуть,
Наан не испытывала страха от того, что антиграв практически неуправляем, ведь в любой момент она могла выскользнуть из кресла и лететь на собственных крыльях. Главным было то, что как бы он ни кувыркался, он уносил ее прочь со скоростью, недоступной преследователям.
