Аяко демонстративно закатила глаза.
— Завязывай, Хизеши! — проговорила она.
— Зрелище не для слабонервных, — сказал Канэко, глядя на молодого человека. — Нелегальный бой. Слышал о таких?
— Бывал на подобных матчах?
— И не раз! — в тоне молодого человека прозвучал вызов.
Про Хизеши он забыл. Наверное, его отвлекли слова «не для слабонервных». Теперь Кенте явно хотелось доказать, что он кремень.
— Верно говорят: кто тебя злит, тот тобой и управляет, — пробормотала Аяко, но услышал её только я.
— Тогда тебе стоит взглянуть, — сказал Канэко. — Идёшь? Или поднимешься обратно?
— Разумеется! — ответил Кента, трогаясь с места.
— Вот и отлично, — расплылся в улыбке Хизеши. — А то тяжело держать, — он покачал крышку люка. — Бетон всё-таки.
Пропустив всех вперёд, амбал начал спускаться последним.
Железная лестница уводила вниз метров на десять и обрывалась над бетонной полосой шириной в четыре шага. Рядом плескалась вода, от которой наверняка исходил мерзкий запах нечистот, которого я не чувствовал.
— Это что, канализация? — спросил я.
— Она самая, — сдавленно проговорила Аяко.
— Ничего, это ненадолго, — жизнерадостно объявил Хизеши. Его, судя по всему, вонь нисколько не смущала. — Тут идти всего ничего.
— Болтай-болтай, — пробормотала Аяко, но амбал её не услышал: обогнав остальных, он нетерпеливо упёрся вперёд.
Правда, время от времени ему приходилось притормаживать и дожидаться остальных, поскольку тоннель перегораживали решётки, а ключи были у Канэко, который предусмотрительно забрал их у охранника. Кончилось тем, что кэндзя вручил связку Хизеши, и тот радостно потрусил вперёд, с грохотом отпирая все встречавшиеся по пути замки.
Я не пытался запомнить дорогу или сориентироваться, поскольку тоннели походили друг на друга, а сворачивать приходилось довольно часто. Ясно было, что склад, на который мы направлялись, находился от штаб-квартиры клана довольно далеко. Ну, или так казалось из-за того, что тоннели постоянно сменяли друг друга.
— Не хотел бы я тут заблудиться, — пробормотал я, разглядывая осклизлые стены. — Пожалуй, и за неделю не выберешься.
— Не волнуйся, я знаю дорогу, — сказала Аяко.
— Мне показалось, что ты не любительница подобных матчей.
— Я — нет, — ответила девушка. — Зато Хизеши их просто обожает. И таскает нас… То есть, меня с собой. А у меня хорошая память.
— Ты оговорилась не случайно.
— Не прикидывайся. Сказала «нас».
— А, это. Да, прежде мы ходили втроём.
Было заметно, что тема неприятна Аяко, но я всё равно спросил:
Девушка взглянула на меня с недовольством.
— Мы потеряли бойца, — сказала она сухо.
— Очень жаль. Сочувствую. Вы были друзьями?
— Ну, не любовниками же!
— Он мне никогда не нравился. Я бы и другом его не назвала.