— Весь кабинет провонял. Так что он позвонит тебе позже.
Я негромко посмеялся. То, что отец волновался, и так понимал, но чтобы он курил при матери…
— У тебя точно все хорошо, сынок? — спросила Ирина Руслановна. — Может быть, прислать людей? У нас есть несколько своих человек в Киеве, они со всем помогут!
Она не стала уточнять, у Романовых или Демидовых, но я и так догадывался, кто торгует в великом княжестве Киевском.
— Нет, все хорошо, — заверил я. — И, кстати, раз речь зашла об этом, можешь поговорить с Русланом Александровичем? Наш ужин прошел скомкано, я хотел бы его повторить, если Демидовы не против.
Матушка тут же ухватила мысль.
— Волкова понравилась? — уточнила она.
— Просто думаю о репутации деда, — ответил я. — Он же наверняка за этот ужин что-то получил. Не хочу, чтобы о нем говорили, как о человеке, который плохо выполняет взятые на себя обязательства.
— Ну-ну, Димочка, так бы и сказал, что девушка понравилась. Но я поговорю с Русланом Александровичем, будь уверен, он не откажет.
— Спасибо, матушка. Рад, что у вас все хорошо. А теперь мне пора, портной пришел.
В дверь действительно стучали. Дойдя до нее, я попутно включил на телефоне беззвучный режим и выглянул в глазок. Только убедившись, что худой мужчина действительно выглядит, как портной, открыл ему.
— Дмитрий Алексеевич, — поклонился тот, отчего метр, намотанный на шею, задергался, раскачиваясь, как маятник. — Федор Ильич к вашим услугам.
Я посторонился, пропуская посетителя и, потуже затянув халат, закрыл за гостем дверь.
Мужчина прошел в середину комнаты и внимательно оглядел помещение. По его взгляду было заметно, что он в подобных местах не впервые, но при этом его глаза не нашли тут ни привычных красоток, ни моря алкоголя.
— Итак, Дмитрий Алексеевич, что бы вы хотели от меня? — спросил он, обернувшись ко мне.
— Мне нужен костюм, Федор Ильич, — сказал я, проводя рукой по своему одеянию. — Классическая тройка с гербом рода Романовых. И, разумеется, обувь под стать костюму. Я пока что располагаю только тем, что надето на мне и военной униформой, а в таком виде передвигаться по улицам — не самое удачное решение.
Портной согласно закивал и жестом указал на стул, за которым не так давно сидела психолог.
— Раздевайтесь, княжич, я сниму мерки. Раз у нас будет обычный костюм, то уже через пару часов все будет готово в лучшем виде.
— Благодарю, — сказал я, сбрасывая халат на спинку стула.
Федор Ильич тут же вооружился метром и принялся споро измерять меня, периодически заставляя поднять руки или расставить ноги. Весь процесс занял минут десять, и то лишь потому, что портной несколько раз уточнял, какие именно манжеты мне нужны, какие борта, планируются ли запонки или другие украшения.
Наконец, он оставил меня в одиночестве.