И я вернулся к телевизору, но вновь не стал его включать — мне дозвонился отец.
— Дмитрий! — голос князя слегка дрогнул, выдавая волнение, и я ощутил, как в груди становится теплее.
Это чертовски приятно, когда за тебя кто-то так волнуется. Всю свою прошлую жизнь я был один, но в этой у меня появилась семья — настоящая, родная, любящая. И я никогда не чувствовал себя чужаком ни в мире, ни в роду исключительно благодаря той поддержке, которую мне оказывали Романовы.
— Здравствуй, отец, — ответил я.
— Рад тебя слышать, — произнес Алексей Александрович. — Мать сказала, у тебя все в порядке. Это действительно так?
— Да, все отлично, — заверил я. — Но было бы неплохо вернуться домой. Пока что прошел психолога, сколько нас здесь еще держать будут в Киеве, пока понятия не имею. Но, думаю, максимум завтра вечером буду уже дома в Москве. А если нет — сообщу и попрошу передать с кем-то мои вещи. Это же можно будет организовать?
— Естественно, — ответил князь. — Мы, в принципе, и сейчас могли бы послать, но вряд ли придется ждать так долго, ты с ними в воздухе разминешься.
— Я тоже об этом подумал. У вас все в порядке?
— Мы переживали, сын, — усмехнулся тот. — Но беспокоиться не о чем, все под контролем. А как вернешься, все уже обсудим в деталях. Я же правильно понимаю, что телефон тебе дали?
— Все верно, — подтвердил я.
— Ну вот и не будем искушать. Ни к чему это, — подвел итог князь Казанский. — Я передам от тебя наилучшие пожелания сестре и брату.
— Спасибо, — ответил я, и в дверь тут же постучались. — Ко мне кто-то пришел, отец. Рад был услышать вас с матушкой.
Я прервал разговор, переходя на легкий транс. Но за дверью никаких подозрительных звуков не звучало, да и дыхание гостя было спокойным. Так что я поднялся на ноги и не спеша добрался до двери.
— Амелия, княжич, — отозвалась разведчица, и я открыл ей.
Женщина на этот раз была одета в нормальную одежду, волосы собраны в небольшой хвост, черная длинная юбка в пол и непрозрачная белая блузка со стоячим воротником. На лице чуть косметики, но едва заметной, только чтобы подчеркнуть достоинства лица.
— Прошу, заходи, — с улыбкой толкнул я дверь, позволяя разведчице пройти. — Не ожидал тебя здесь увидеть.
Она с улыбкой вошла в покои, и я прикрыл за ней дверь. Агент осмотрелась, встала посреди комнаты и, продолжая смотреть на меня из-под приспущенных ресниц, спросила:
— Ты ведь не против компании, княжич? — уточнила она.
— Совсем нет, — улыбнулся я. — Чай? Кофе?
— Вина? — предложила разведчица.
— Вина так вина, — отозвался я.
Вино было практически не тронуто, когда прислали чехол с костюмом и обувь. Амелия, сидящая за столом, закинув ногу на ногу, приподняла бровь.
— Не думала, что ты собираешься на прием, княжич, — сказала она с улыбкой.