Мало того, что на их стороне численный перевес, хоть это и не так важно, но куда хуже то, что я мог подвергнуть опасности девушку. А я этого очень не хотел. Начинать официальное знакомство с того, что Дане прилетит какой-нибудь сосулькой по голове, а виноват буду я, мне не хотелось. Другое дело, если эти шестеро ломанутся заворачивать девчонке руки, а тут я, как Д’Артаньян весь в белом, кинусь ее защищать, тогда другое дело.
Но эти в форме не рвались хватать и вязать по рукам и ногам ни меня, ни Дану.
Что ж, буду тянуть время сколько можно. А пока разберусь, что происходит. Потому как поведение блюстителей порядка какое-то странное.
— А в чем собственно дело? — невинно спросил я.
— Поступил приказ патрулировать территорию и в случае обнаружения шпиона задержать его.
— Шпиона? — удивился я. — Разве я похож на шпиона?
Шпион? Особенно, если учесть, что прямо за стеной штаб подпольщиков. Черт!
Я обернулся и посмотрел на девушку, она стояла, держа руки на виду, и внимательно прислушивалась к нашему разговору. И была спокойна. Совершенно спокойна…
Да ты с ума сошла, барышня, если решила, что я на это поведусь. Тут так и чувствовалась длинна рука ее бабки, что крышует внучку. И надо же, какой спектакль разыграла. Я ведь на полном серьезе заметил испуг в ее глазах. Или это она меня так испугалась?
— Вообще-то у нас есть словесное описание шпиона, по которому художник составил портрет, — пробормотал один из шестерки.
— Покажите? — попросил я.
— Отчего же не показать? Главное без резких движений! — предупредил тот, что держал наготове заклинание холода. — Дмитрий, покажи ему. Пусть не думает, что мы тут самоуправством занимаемся.
Один из людей в форме полез куда-то во внутренний карман и достал сложенный в несколько слоев лист бумаги. Аккуратно развернул его и протянул мне.
С рисунка, выполненного грифельным карандашом, на меня смотрел я сам. Тут не то, что обознаться, тут даже сомнений быть не могло. Кто-то меня срисовал, и я даже догадывался кто. Я вновь обернулся к Дане. Та стояла, поджав губы и исподлобья смотрела на меня.
— Убедились? — спросил Дмитрий.
— В чем? — удивился я.
— В том, что на вас дали ориентировку.
— Это не я, — нагло соврал я. — Похож немного, но точно не я. Не знаю, кто там вам давал словесные показания, но он говорил не обо мне.
Краем глаза я косился на девушку, ожидая ее реакции. Дана едва заметно улыбнулась, но никаких знаков сотрудникам правопорядка не подавала. Мне даже показалось, что это не ее рук дело. Но потом я немного подумал и понял, что не так. Портрет-то рисовали, наверняка, со слов Даны. Вот только распоряжение полицаям давала не она, а бабка. И судя по поведению девушки, она не ожидала попасть под облаву вместе со мной. А это было даже забавно.