— Что у нас с ситуацией? — немного успокоившись спросила Первая, — Третий? Пятый? Есть что доложить?
— Наши люди прибыли на место нахождения логова Добронравова, — начал Третий, — но база оказалась покинута и частично выжжена. Аналитики предположили, что было нападение, и им пришлось бежать. А может, большую часть людей перебили. Если бежали, то пока не ясно куда. Следы от базы удалось проследить только до дороги общего пользования, но это могли уезжать и нападавшие.
— Ясно, — протянула Первая. — Опять в дерьмо сели. Ожидаемо.
Третий стиснул зубы так, что ему показалось, они начали крошиться. Пошарил языком во рту, но крошева не нашел.
— Пятый? — спросила Первая. — У вас-то новости хоть приятные?
— Сегодня утром совершено нападение на особняк Смирновой.
Первая стукнула по столу двумя кулаками.
— Вот! Вот как должно начинаться хорошее утро! — радостно воскликнула она, не сдерживая своих чувств. — Учитесь Третий, а то опять в Четвертые перейдете.
Женщина вроде бы и шутила, но Третий вновь напрягся. Какое тут во Вторые метить? Здесь бы на своем месте удержаться.
— Кто именно нападал не ясно, но факт перехода власти внутри семьи зафиксирован, — продолжил Пятый. — Главой семьи стала Ольга — старшая внучка. Есть версии, что это ее рук дело. Она умело устранила бабку, чтобы занять ее место.
— Странное предположение, — пробормотала Вторая. — Мои источники говорят, что были задействованы военные, а значит разборки были не внутренними.
— Я знаю, что там произошло, — вмешалась Четвертая.
Все разом замолчали и посмотрели на нее.
— Вечером ко мне заявился Фон Кляйнен напомнить, что я все еще не отослала запрошенный им аквамарилл. У него была перебинтована рука и, как я поняла, он ей даже шевелить не мог. Я его порасспросила, он долго отнекивался, но рассказал, что был у Смирновых, когда туда заявился князь Сибирский.
— Мать вашу! — заорала Первая. — Еще раз назовете его князем, лишу пальца!
Словно в доказательство своих слов Первая рубанула воздух ребром правой ладони, и стоявший на небольшом круглом столике горшок с цветком лопнул и сполз на пол под тем же углом, как располагалась ладонь женщины.
Четверка присутствующих глянула на острый ровно срезанный край горшка и одновременно сглотнула.
— Прости, Первая, — произнесла Четвертая. — Так вот, похоже все это нападение было дело рук Добронравова и его людей.
— Что там было дальше?
— Фон Кляйнен не знал. Ему удалось улизнуть почти в самом начале.
— Эта крыса всегда найдет возможность слинять, — усмехнулась Первая, вновь приходя в хорошее расположение духа. — Смена власти нам на руку. Старая Смирнова воротила нос от нас. Ей было сделано предложение еще по молодости через вербовщика моей матерью, но она отказалась.