— Это ты правильно решила, одобряю. Прости, я скоро вернусь, — она проскакала в бассейн.
Вдоволь наплескавшись, Лягушка развалилась на кровати и, подперев голову рукой, наблюдала за подругой:
— Что ни говори, а есть в нашем с тобой виде плюсы.
— Какие? — Русалка перевела взгляд с зеркала на Варвару, и та вытянула вперёд свою зелёную лапку:
— Депиляцию делать не надо.
Отсмеявшись, Маша спросила:
— Как ваши вчерашние успехи? Удалось что-то найти?
— Ничего, — посерьёзнела Лягушка, — Весь день мотались по лесам, никаких следов.
— Горыныч вчера уже за полночь вернулся и тоже ничего.
— Дождёмся сегодня Катю с Алексом и Забаву с Елисеем, может им повезло.
— Да, — согласилась Русалка, — Очень на это надеюсь. Мы тут ещё одну интересную штуку выяснили.
И Маша поделилась, как прошёл вчерашний ужин, про способности кота останавливать время.
— Вот делааа, — протянула Варя, — Спасибо усатому.
Полночи я не могла уснуть, стоило мне закрыть глаза, как сразу же возникал образ Кощея. «Нет, никуда не годится! — рассердилась я на себя, — Не о том надо думать. Мила пропала, Илая непонятно, где искать, Машка вон чахнет от тоски. Забот полно, а у меня один Кощей в голове. Чем реже я буду его видеть, тем лучше. Когда мы вернёмся — а мы обязательно вернёмся — его рядом не будет. И никогда я его больше не увижу… — от этого стало так тоскливо и я мысленно дала себе оплеуху, — Соберись». С такими противоречивыми размышлениями я промаялась до утра, пока не провалилась в сон. К завтраку решила не спускаться. Попросив у самобранки кофе, наскоро перекусила и вышла во двор, едва не споткнувшись о Горыныча.
— Эй, аккуратнее там, дракон отдыхает, — поднялась правая голова.
— Прости. Как вчера? — поинтересовалась я, и правый помотал головой.
— Ничего, как сквозь землю провалилась. Правда, уже на обратном пути показалось, что видел в окне яркий свет, но когда спустился ниже — кузня, — вздохнул он.
Средний и левый продолжали спать.
— Отдыхай, прости, что потревожила.
Правый кивнул, принимая извинения, и закрыл глаза.
Я уже почти ушла, как он, приоткрыв один глаз, сообщил:
— Владыку видел, к нам идёт, — и, зевнув, потерял ко мне интерес.
Что может быть приятнее, чем просыпаться в объятиях любимого?
— С возвращением, — шепнул Ник Василисе и поправил за ухо выбившуюся прядь волос.
— Возвращением? — непонимающе переспросила девушка.
Ник протянул руку к столу, нащупал там зеркальце и дал его Кикиморе. Василиса не поверила своим глазам: в отражении не было больше кикиморы. На неё, широко распахнув от удивления глаза, смотрела прежняя Василиса.