Я было отдышалась и приготовилась к новой батальной сцене, но, вглядевшись попристальнее, поняла, кто нас ждал.
— Честно говоря, не рассчитывала, что вы окажетесь здесь, — сказала я Баронету, садясь в машину вместе с Авдеем.
— Это еще раз демонстрирует твою недальновидность, Вика, — парировал Баронет, выруливая на трассу. — Разве ты не предполагала, что будет погоня?
— Нет… Я все еще не могу привыкнуть к тому, что моя жизнь — сплошной боевик.
— Твоя жизнь, девочка, сплошное моральное мучение из-за неоконченного образования. Кстати, представь меня своему… другу. Пока обычным именем.
— Милый, это Калистрат Иосифович Бальзамов, мой старый знакомый. Его мирное хобби — библиофильство. А все остальное — издержки его профессии.
— Да? — Авдей явно все еще находился в состоянии человека, перекормленного антидепрессантами. — Рад знакомству, хотя и происходит оно в столь странных условиях. У вас, Калистрат Иосифович, весьма старинное, редкое имя.
— Его трудно выговаривать, я знаю, — мэтр ухитрялся говорить спокойным светским тоном и выжимать из «волги» скорость гоночного болида «Формулы-1». — Поэтому в дружеском кругу меня зовут просто Баронет. Вы тоже зовите, я привык.
— А… — начал было Авдей.
— Ваше имя мне известно, равно как и творчество, хотя я не поклонник современной фантастики. Вы позволите мне называть вас просто Авдей? Вы еще так молоды по сравнению со мной…
— Да, но по вашему виду не сказать, что вам больше пятидесяти.
— Мерси. Меж тем, дорогой Авдей, я знавал еще создателя вашего любимого жанра и неоднократно беседовал с ним о прошлом и будущем.
— Это кого же? — нервно засмеялся Авдей — Александра Беляева?
— Помилуйте… Я вообще-то имел в виду мсье Жюля Верна. Мы с ним были горячими парнями! И о хоббитах Толкиену идею подал…
— Так уж получилось…
Бедный Авдей! Мне-то не привыкать слушать воспоминания этого «мага на службе у закона», а вот ему, человеку обыденного мышления, связываться с Баронетом вредно для здоровья. Я внимательно посмотрела на любимого: так и есть, он сейчас опять потеряет связь с реальностью, то есть со мной. Бледный, руки дрожат, глаза просто безумные оттого, что приходится быть участником странных событий. Я почувствовала, что ему неловко, тяжело, страшно, непонятно, он не контролирует ситуацию и в любой момент может взорваться.
Я нежно-нежно провела ладонью по его сведенному судорогой лицу.
— Расслабься, любимый, вот так.
— Я не могу… Объясни мне, что с нами творится, куда и почему мы едем, я ничего не понимаю. — Ч-ш-ш… Объясню. А ты спи. И я во сне тебе буду объяснять.