— Вымой и неси сюда! И прекрати такими глазами на меня смотреть!
Через пять минут я поставила на стол старую эмалированную миску, которую добросовестно отдраила до блеска порошком. Баба Катя придирчиво осмотрела посудину и дала команду наполнить миску водой. Повертела ее по три раза туда-сюда, пошептала что-то и заявила:
— Его вещь. Личная. Носовой платок. Шнурок от ботинка. Даже использованный презерватив пойдет. Нужно установить имитативный контакт…
— У меня есть только его книга, в смысле — им написанная. И кстати, в книге напечатана его фотография.
«Выбор Тристана» сунули под миску. Баба Катя опять начала что-то шептать, приказав мне сидеть, не двигаться и ни в коем случае не говорить. В кухне потемнело, а вода в чашке, наоборот, как-то странно засветилась. Баба Катя вынула из волос высокий гребень, окунула его в воду, отчего та подернулась голубоватой дымкой и заколыхалась. Потом мокрый гребень вернулся на место.
— Вика, в воду гляди, а меня слушай, — тяжело и глухо приказала гадалка. — И ни звука не издавай!
Я вгляделась в колыхавшуюся воду. Не самый удачный вариант магического кристалла, но что поделаешь… Я увидела длинный стол, уставленный всяческими яствами, кучу налегающего на яства народа и не меньшую кучу народа, вокруг стола слоняющегося с бокалами в руках.
— Хуже презентации может быть только большая презентация, — низким насмешливым голосом сказала баба Катя, и я поняла, что она говорит голосом Авдея.
А потом я увидела его. В белом костюме, с эффектно отросшими волосами и узкой бородкой он был похож на мафиози-интеллигента. Он с явно скучающим видом выслушивал долгую тираду своего собеседника — тучного азиата в трещавшем по швам смокинге. Наконец ему это, видимо, надоело, он коротко рассмеялся, пожал азиату руку и двинулся прочь…
И теперь он был в оранжерее. Или в зимнем саду. Чаша показывала мне переплетение лиан под потолком, острые листья пальм и кресла возле небольших фонтанов. Авдей сел в кресло, вытянул ноги, закрыл глаза…
— Черт, как надоело это все! — услышала я из уст гадалки его голос. — Мышиная возня, тараканьи бега, ставки на то, кто первым получит премию… Если бы ты была здесь, ты бы тоже над этим смеялась.
Я затаила дыхание, боясь спугнуть чары. О ком это он?
— Если бы ты могла меня слышать! Я бы сказал тебе, какой я идиот и сволочь, потому что ушел тогда! Но ты не услышишь и не узнаешь, что я без тебя просто не живу. Аб-со-лют-но!
Он вскочил, принялся расхаживать взад-вперед по гравиевой дорожке.
— Я потерял тебя и сам в этом виноват. Я звонил тебе на работу, мне сказали — ты уволилась.