Критический анализ третьей книги проекта Бориса Акунина «Жанры», посвященной фантастике. Автор исследует, как писатель воплотил идею создания классического образца жанровой литературы, рассматривая особенности построения сюжета, характеров и художественных приемов в новом романе.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Фантастика»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Критический анализ третьей книги проекта Бориса Акунина «Жанры», посвященной фантастике. Автор исследует, как писатель воплотил идею создания классического образца жанровой литературы, рассматривая особенности построения сюжета, характеров и художественных приемов в новом романе.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Критический анализ третьей книги проекта Бориса Акунина «Жанры», посвященной фантастике. Автор исследует, как писатель воплотил идею создания классического образца жанровой литературы, рассматривая особенности построения сюжета, характеров и художественных приемов в новом романе.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Сергунечка, родненький, чтой-то доктор говорит? – зашепелявила она (передние зубы Рожнов выбил, еще в позапрошлом году). И давай его обнимать, ощупывать. – Будто ты в автобусе побился?
Он отодвинулся – от матери здорово разило перегаром.
– Целый я, целый. Какой еще доктор?
– Да вот, – повернулась она лицом к коридору. И тут – на тебе, давно не виделись – из комнаты в коридор выкатил бородатый, который из больницы. У Сереги «то-так» скакнул было на «токо-так», но на пару секунд, не больше. Вспомнилось, что Мюллер говорил.
– Вы чего? Вы права не имеете! Не поеду я! – попятился Дронов, а сам весь напружинился – ну как у доктора и санитары с собой, из психической неотложки.
– Не волнуйся, тебе нельзя! – быстро, но мирно заговорил врач. – Я одежду твою привез, документы. Ты чего сбежал-то? Тебе покой нужен. У тебя мерцающая аритмия. Пульс триста двадцать, вчетверо быстрее нормы. Это очень опасно. Сердце может не выдержать. Ну-ка, иди в комнату, сядь. А лучше ляг.
В комнате бородатый стал измерять пульс.
– Ничего не понимаю… Нормальный, семьдесят пять.
Зато Серега понял. Когда у него от страха сердце сжимается, и в башке с «то-так» на «токо-так» переходит, это пульс в четыре раза ускоряется. То есть не все вокруг начинают медленно говорить и двигаться, а он сам вчетверо ушустряется. Вот оно что! То-то и Рожнов вмазать ему не смог, и даже Репа. Ему казалось, что они шевелятся, как сонные мухи. Или как в замедленном кино. А на самом деле они-то были нормальные, это он прыгал, будто Чарли Чаплин.
– А что твой стук в голове? – спросил доктор растерянно. – Не беспокоит?
– Прошло, – отмахнулся Серега. – Как на улицу вышел, сразу башку ветром продуло. А вы не напутали тогда, насчет триста двадцати?
Бородатого он теперь не боялся, совсем.
– Всё может быть, – растерянно пробормотал врач. – Дай еще раз померяю.
Теперь и вовсе вышло семьдесят.
– Пить надо меньше. – Серега выдернул руку. – Врач, называется.
А сам думал: вчетверо быстрей! Вчетверо!
Новый порядок
Раньше Серега Дронов думал, что человеческая жизнь может так быстро меняться только в кино. Или в сказке. Типа жил на свете замухрышка, кто ни попадя об него ботинки вытирал, и вдруг – бац, поймал волшебную щуку либо конька-горбунка. И сразу как повалило: и то, и это, и полцарства впридачу.
Во-первых, Рожнов. Сколько Серега с ним, заразой, промучился, а тут чик-чирик, и нет Рожнова.
После стыка в Нежданке думал Серега отделать отчима как следует – и за ШИЗО, и за мамкины выбитые зубы, но Рожнов дома больше не появлялся. Так испугался пасынковой лихости, что даже шмотки свои не забрал. И из ДЭЗа уволился. Уехал куда-то, с концами, будто и не было его.
Мамка денек поплакала и перестала. Серега с ней беседу провел: мол, будешь квасить – смотри.
