В шатре Фараона, где дым от ладана плывет легкими танцами по воздуху, Андрей узнает, что его жизнь вот-вот изменится. В гостиной особняка мирно беседуют дядя и племянница — предвестники коварного плана, готовящегося расколоть сердце юноши на части. Каждый новый шаг впереди Андрея обрушивается волной тайн и загадок, заставляющих его непрерывно искать смысл жизни в диких пустошах Египта....
— О? Какой? — обрадовался Усерамон.
— Носителя опахала справа от царя, — с гордостью ответил молодой человек.
— Ого! — глаза визиря расширились, это было очень почётно.
— Конечно я всё сделаю и помогу тебе, — закивал он головой, — идём, всё мне расскажешь наедине.
Визирь, отдавая распоряжения по текущим делам помощникам и чиновникам ниже ранга, вышел вместе с племянником во двор огромного дворцового комплекса, и они сели в поднесённые слугами паланкины.
— Не беспокойся, все твои сундуки я приказал поставить у себя в подвале, — предупредил визирь, — слуг я тоже приказал разместить в своём доме, чтобы не знали проблем.
— Спасибо дядя, — Рехмир низко поклонился и сел на стул, на который ему указала рука могущественного родственника.
— Рассказывай, — сказал тот.
Парень сначала не знал, с чего начать, но вскоре под наводящими вопросами, вывалил всё, что видел и слышал за время, пока они не виделись. Рассказ затянулся на долгих четыре часа, так что слуги успели принести им прохладное вино и фрукты несколько раз.
— Значит говоришь бог Монту не унывает и не злится на то, в каких условиях его заставили жить? — уточнил он, после того, как племянник выдохся и замолчал.
— Не знаю дядя, — пожал плечами тот, — его никто не понимает: ни я, ни те, кто рядом. Особенно когда он начинает говорить на языке загробного мира. Он последнее время довольно часто на него переходит в обычной речи, пугая рабов и слуг.
— Насколько ты уверен, что он видел Осириса? — продолжил уточнять визир, самые важные для себя вопросы.
