В шатре Фараона, где дым от ладана плывет легкими танцами по воздуху, Андрей узнает, что его жизнь вот-вот изменится. В гостиной особняка мирно беседуют дядя и племянница — предвестники коварного плана, готовящегося расколоть сердце юноши на части. Каждый новый шаг впереди Андрея обрушивается волной тайн и загадок, заставляющих его непрерывно искать смысл жизни в диких пустошах Египта....
Но нет же, они пели песни, всем рассказывали какой я великий царь, так что по итогу я распорядился Рехмиру, чтобы им как-то облагородили место где они жили, а сам отдался в руки служанок, чтобы меня отмыли, побрили и почистили, настолько сильно я пропылился в этом небольшом походе. Рехмир занимался порученными делами и меня навестил уже вечером, когда я чистый и довольный, лежал у себя в комнате, лениво перебирая пальцами виноград и предавался хандре и неге.
— Мой царь! — влетел он весь возвышенный с восторженно горящими глазами, — поздравляю с победой! О твоих знаменитых выстрелах, все воины говорят только как о великом чуде!
— А, — отмахнулся я от него, — какая там победа друг мой, завалили тридцать гопников, не более того.
— Но у тебя с собой было всего сто дикарей, а там тренированные убийцы! — не смутился он, — это и правда очередное чудо!
— Рехмир, — меня всего перекосило, — чего пришёл? Жопу мне лизать? Для этого есть специально обученные люди.
Молодой человек смутился.
— Тут такое дело Твоё величество, — он покраснел, — вожди нубийцев попросили меня узнать у тебя, могут ли твои славные воины брать себе в жёны служанок или рабынь в поместье, раз они теперь стали свободными?
Я удивлённо уставился на него, возможность такого никогда не приходило мне в голову.
— А ты что думаешь сам? — решил узнать я его мнение.
— Сто мужчин, без женщин долгое время, — смущённо сказал он, — как говорит дядя, быть скорой беде.
— Тогда разрешай, но только если женщина сама придёт к тебе и скажет, что согласна без принуждения, — пожал я плечами.
— Хорошо царь, я передам им твои слова, — парень замялся.
— Рехмир, говори уже, — я научился различать все его заминки.
— А я, могу взять себе наложницу? — тихо, едва слышно, спросил он.
Я думая, что меня уже ничем не удивить, выпучил на него глаза. Мне до сегодняшнего дня он представлялся неким бездушным роботом, выполняющим все мои приказы, которому вообще ничего не нужно для себя лично. А Рехмир оказался всё же человеком со своими слабостями и желаниями.
— Тебе нельзя, — задумчиво сказал я, а когда он расстроился, продолжил, — ты друг царя, мой ближайший соратник, тебе не подойдёт простая наложница.
Он удивлённо на меня посмотрел, не понимая к чему я клоню.
— Потерпи немного, я сам найду тебе достойную девушку, — огорошил его я.
— Твоё величество! Но зачем?! Я просто так сказал! — попытался отговорить меня он, но я уже был непреклонен.
