Автор
В романе "Фатальная ошибка опера Федотова" на страницах книги тыкнешь кнопками клавиатуры, набивая новый протокол. Ассистентка сопит и шевелится, стараясь привлечь внимание к экрану, но это лишь временное отвлечение. Книга живо передает атмосферу рабочего места оперы Федотова, где постоянные перемещения и нервотрепка делают жизнь инспектора напряженной и нешустренной....
Неправильное… И это “что-то” явно происходит из-за моих слов. Недопонимание налицо. Надо исправлять.
— Ну да, — я киваю, улыбаясь и все еще надеясь, что мы просто друг друга неправильно услышали, — ты же за мной сюда перевелась? Ну, чего встала? Пошли…
Но Захарова неожиданно делает финт ушами: легко отступает в открытую мною дверь и сдергивает пиджак с плеч.
И, пока я удивленно моргаю, кидает мне в физиономию этот пиджак.
Машинально ловлю, и, должно быть, рожа у меня в этот момент на редкость дебильная, потому что Захарова изучает меня с ног до головы пристальным холодным взглядом и презрительно цедит:
— Я, товарищ капитан, вообще-то сюда работать пришла, а не, как вы выразились “за вами”, ясно? И заявление о переводе я не подавала, меня перевели по распоряжению руководства.
Оторопело киваю, вообще не вкуривая, что сейчас такое происходит.
А Захарова, сделав паузу на осмысление мною сказанных ею слов, припечатывает:
— И вообще, товарищ капитан, вы слишком много о себе мните.
Я опять киваю.
Мозги ворочаются в голове медленно, а язык и того медленней, как-то даже слова не находятся нужные сейчас…
Настолько ситуация нестандартная. Тупейшая.
Захарова дарит мне еще один презрительный взгляд, а затем разворачивается на каблуках и гордо идет по коридору.
Я тупо смотрю ей вслед, пока она не скрывается в туалете.
Это что сейчас было такое?"
"Чего я не так сказал?
Глава 16
— Все ты не так сказал, Вовчик, — Сом вздыхает, тянет у меня из рук пачку сигарет, прикуривает, морщится, — дерьмо какое, а… Пошли кальяна вжарим, у меня тут есть.
— Нахер иди со своими сосками пидорскими, — отнекиваюсь я, забирая у Сома сигареты. Нечего лапать, если не нравится.
— Дурак ты, Вова, — Сом не обижается, он вообще парень, хоть и легковозбудимый, но отходчивый, по пустякам не заводится, — кальян — он для расслабона и созерцания мира…
— То-то я смотрю, ты охеренно уже насозерцался, — внимательно изучаю расслабленное выражение лица приятеля. Слишком расслабленное. — С чего бы это?
— А… Так… — он машет рукой, отворачивается, явно не желая рассказывать, но мне сейчас позарез надо отвлечься от своих проблем.
