Он действительно из Юниев Силанов – светлые волосы, голубые глаза. И поразительно красив. А Сервилии нравились блондины, и притом красивые. Она положила свою руку на его и держала ровно столько времени, чтобы это выглядело прилично. Потом повернулась и бросила паллу на спинку кресла покойного мужа, оставшись в столе – тоже черного цвета. Этот цвет оттенял ее чистую и бледную кожу, подчеркивал глаза и волосы – черные, как вдовий траур. Сервилия обладала чувством стиля и одевалась со вкусом. Она умела выбирать то, что ей шло. Поэтому она казалась ослепленному мужчине образцом изящества.
– Мы знакомы, Децим Юний? – спросила Сервилия, жестом предлагая ему сесть на кушетку, а сама опускаясь на стул.
– Да, Сервилия, это было несколько лет назад. Мы встречались на обеде в доме Квинта Лутация Катула за несколько дней до того, как Сулла стал диктатором. Мы немного поговорили. Я помню, что ты тогда недавно родила сына.
Лицо ее прояснилось.
– О, конечно! Пожалуйста, прости меня за беспамятство! – Она с печальным видом дотронулась рукой до головы. – Просто так много случилось с тех пор.
– Ерунда, не думай об этом, – тепло ответил Силан и замолчал, глядя ей в лицо.
Она деликатно кашлянула:
– Могу я предложить тебе вина?
– Благодарю, не надо.
– Я вижу, ты не привел с собой жену, Децим Юний. Она хорошо себя чувствует?
– У меня нет жены.
– О-о!
За ее замкнутым и заманчиво таинственным лицом роились мысли. Она нравится ему! В этом нет сомнения, она ему нравится! И кажется, уже несколько лет. Он благородный человек. Зная, что она замужем, он не посмел продолжить знакомство с ней или ее мужем. Но теперь, когда она овдовела, он решил стать первым и опередить соперников. У Силана очень хорошее происхождение, да, но богат ли он? Он – старший сын, поскольку носил имя Децим: Децим всегда было первым именем старшего сына в роду Юниев Силанов. На вид ему около тридцати, и это тоже хорошо. Но вот богат ли он? Время ловить рыбку.
– Ты – сенатор, Децим Юний?
– Только с этого года. Я – городской квестор.
Хорошо, хорошо! По крайней мере, у него сенаторский статус.
– Где у тебя земли, Децим Юний?
– О, везде. Мое главное поместье находится в Кампании, двадцать тысяч югеров, у реки Вольтурн, между Телесией и Капуей. Но у меня еще есть земли по реке Тибр, очень много земли у Тарентинского залива, вилла в Кумах и еще в Ларине, – быстро перечислил он, желая произвести впечатление.
Сервилия слегка откинулась на стуле и очень осторожно выдохнула. Он богат. Очень богат.
– А как твой мальчик? – спросил Силан.
Эту одержимость Сервилия скрыть не могла. Глаза ее вспыхнули, обычно загадочные черты лица осветились любовью.
– Скучает по отцу, но, думаю, он все понимает.
Децим Юний Силан поднялся:
– Мне пора, Сервилия.