Фёдор Годунов возвращается на Русь после года изгнания, пройдя через множество испытаний. Но свергнутого царя никто не ждёт, и борьба за утраченный трон только набирает обороты. Ему предстоит столкнуться с врагами и решить, готов ли он вернуть себе власть любой ценой.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Федор Годунов. Стылый ветер» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Фёдор Годунов возвращается на Русь после года изгнания, пройдя через множество испытаний. Но свергнутого царя никто не ждёт, и борьба за утраченный трон только набирает обороты. Ему предстоит столкнуться с врагами и решить, готов ли он вернуть себе власть любой ценой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Фёдор Годунов возвращается на Русь после года изгнания, пройдя через множество испытаний. Но свергнутого царя никто не ждёт, и борьба за утраченный трон только набирает обороты. Ему предстоит столкнуться с врагами и решить, готов ли он вернуть себе власть любой ценой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ну, а как иначе? К кому же тогда Марина, рискуя жизнью через царские заслоны крадётся, если не к «истинному» царю? Самозванца она сразу разоблачит! И то, что Марии Юрьевне сначала бы неплохо свою истинность доказать, никого уже не волнует.
Вот только в моём полку эта логика в обратную сторону сработала. Здесь в гибели бывшей царицы почти никто не сомневался и теперь уже спорили о подлинности самого государя, опираясь на тот же самый аргумент. Зачем ЛжеМарине к истинному царю Дмитрию ехать? Не признает он своей женой самозванку! Но она же едет!
И вот теперь гонец от Грязного. Тревожно.
— Здрав будь, Фёдор Иванович."
"У двери, держа в руках шапку, стоит Матвей, один из двух холопов, что с Грязным в Москву «сбежал». Значит, и впрямь, от Грязнова весточка. А то была у меня опаска, что Шуйский убийцу по мою душу послал.
— Чего столбом встал? — нарисовался позади гонца Подопригора. — Проходи.
— И тебе здравствовать, Матвей. Устал с дороги? Садись к столу да мёду выпей, — я подошёл к небольшому бочонку стоящему в углу за печкой, зачерпнул ковшом медовухи, протянул холопу, попутно пояснив Подопригоре: — Я Семёна за Порохнёй позвал. Подождём. Придёт, все вместе и узнаем о том, что Грязной пишет.
— Благодарствую, Фёдор Иванович, — Матвей, приняв ковш, покосился в сторону Якима. Ну да, Подопригора на тот момент, когда Грязной в Москву перебрался, в число моих горячих сторонников не входил. А о важности послания Василий Григорьевич наверняка своего холопа предупредил. Вот и мнётся гонец, не зная как поступить. — Честь великая!
— На Якима не смотри, — решил успокоить я его. — То человек надёжный. Давай письмо.
— А меня ковшом с хмельным мёдом не пожалуешь, государь? — фыркнув, демонстративно сделал акцент на титул сотник. — Да он знает о том, Фёдор Борисович, — махнул он небрежно рукой в сторону остолбеневшего Матвея. — Не умеет Василий язык за зубами держать!
— А ты умеешь?
— Я за каждого, кому доверился, головой ответить готов, — поняв, что угощения от меня не дождётся, Подопригора подошёл к бочонку сам. — А письма при нём нет, — оглянулся он в поисках замены занятому ковшу: — Я бы нашёл.
— То есть ты письмо не привёз⁈
— Не привёз, — подтвердил Матвей. — У господина опаска была, что переймут. Он тебе, Фёдор Иванович, на словах всё передать велел. А чтобы доверия ко мне больше было, Василий Григорьевич велел сказать, что одного из товарищей, что с ним в неволе был и которого басурмане в Истамбуле на кол посадили, Михайлой звали.
Я кивнул, отдавая должное осторожности моего боярина. Ловко придумал. Даже если бы холоп Грязнова решил нас предать, таких подробностей о злоключениях своего господина, он знать не мог.
— Звал, Фёдор? — скрипнул дверью Порохня. — Гонец? — кивнул он на оглянувшегося Матвея.
Доложили уже.
