В холодном ветре, как дым кваса, царь Федор Годунов задерживает князя, требуя честной новой вести. Князь Шаховский замолкает, изливаясь обвинениями и ненавистью после мутной воды в Путивле. Темнота наледиющего воздуха окутывает их как тканью, скрывая истинные мысли и планы в этот неспокойный год....
В той, прошлой истории, Марина умерла значительно позже, когда и сама уже никому не была нужна, и о муже недобрая память осталась. А здесь сподобилась; и о ней вспомнили. Вот интересно; если теперь и самозванку убить, она тоже снова воскреснет?
— Лжёшь, ирод! — очнулся наконец Мизинец, потянувшись к однорукому через стол. — Я сам царицу мёртвой видел! Не служанка то была!
— Да как же, милостивец! О том вчера купчины заезжие сказывали. Её сам митрополит в Ростове признал и прилюдно благословил!
Филарет⁈ А вот это уже интересно! Выходит, Романовы на открытое противостояние с Шуйскими решились.
Но как же это вовремя! Не знаю, затеянная ли это Филаретом интрига или ЛжеМарина случайно именно в Ростове объявилась, но её появление для меня очень кстати.
Нет, кто-то, может, в этот спектакль и поверит. Но как всё это безобразие будет воспринято сторонника Дмитрия в моём полку? Там и так, после общения с москвичами во время нашего стояния под городом, брожение началось. А мы им ещё и пару выводов для обсуждения осторожненько подбросим.
— Пошли, Мизинец, — оттащил я разбушевавшего пушкарского голову от Микоши. — Не видишь разве, он сам не знает, что плетёт? Что с юродивого взять? — и направив Гаврилу в сопровождении Семёна к двери, развернулся к кабатчику, сунув ему в руки монету: — Налей этому ещё пару чарок.
Заслужил.
* * *— Воля твоя, господин, а только ты что-то чудное предлагаешь. Этак и не делали никогда! Выданное ли это дело, ядра полыми лить⁈"
"Я мысленно выматерился, с трудом сдерживая бешенство. Третий час с этим бородачом бьюсь, а дело с мёртвой точки так и не сдвинулось.
