Автор
В окне дисплея мерцали цифры и графики, отвлекая его от реального мира. Однако это не мешало фехтмейстеру ощущать в себе конкурента - компьютера, который быстро анализировал возможности и предположения так же эффективно, как он сам мог бы это сделать. Беззвездная ночь за стеклом радовала инженера отдела разработки Института Экспериментальной Истории, отражая в себе стремление к осознанию и пониманию его работы и целей....
— Лаис, — представилась незнакомка, протягивая для поцелуя тонкую руку. — Лаис Эстер.
— Вы не россиянка?
— Увы, нет, — покачала головой молодая женщина. — Если вы пообещаете, что не станете кидаться с кулаками, то признаюсь честно, что я и впрямь имею австрийский паспорт. Но это не тайна! Я здесь живу уже десять лет и, поверьте, совсем не моя вина в том, что ваш государь воюет с моим.
— Сочувствую, — любезно улыбнулся Лунев, продолжая исподволь разглядывать спутницу. Той, очевидно, было не привыкать к вниманию мужчин, и потому, снова почувствовав себя в безопасности, она только улыбнулась в ответ.
— Это так, — вздохнула Лаис, — но мне предначертано жить здесь у границы вечных снегов! Таков мой путь. Он записан в Книгу Судеб, и не мне противиться воле создателя воли.
«О Господи! Мистика, — отворачиваясь, скривился Платон Аристархович.
— Конечно, конечно, — чуть заметно усмехнулся Лунев. — Но все же полагаю, в глазах генерала Джунковского[1] запись о Книге Судеб — недостаточное основание для нарушения высочайших предписаний.
— Ну вот, и вы туда же, — надула губки прелестница. — Послушать вас, так каждый иностранец — непременно шпион!
— Я такого не утверждал, — покачал головой Лунев.
«А впрямь, что, если она шпионка? И вся эта сцена с криками и пьяным рукосуйством устроена специально для того, чтобы установить контакт со мной? С государем мы, конечно, разговаривали тет-а-тет, но если заговор действительно существует и столь разветвлен, как подозревается, наверняка изменники позаботились о том, чтобы окружить императора своими осведомителями.
