Автор
В окне дисплея мерцали цифры и графики, отвлекая его от реального мира. Однако это не мешало фехтмейстеру ощущать в себе конкурента - компьютера, который быстро анализировал возможности и предположения так же эффективно, как он сам мог бы это сделать. Беззвездная ночь за стеклом радовала инженера отдела разработки Института Экспериментальной Истории, отражая в себе стремление к осознанию и пониманию его работы и целей....
— Однако кому еще организовать такую омерзительную выходку? Документы, оружие — все на месте. Люди целы. И дело сделано — жандармов у подъезда нет.
— И что с того, может, это какие-нибудь анархисты-безмотивники мышцой играли? А то вот я еще краем уха слышал, что к полуночи к нашей крале сам Распутин пожаловал, тоже пьяный в дымину. Может, его дружки подсуетились? А может, сам он караульным подливал?
— Вот заодно и уточним. — Платон Аристархович резко поднялся из кресла. — Ты, сотник, говорил, что бывал на уроках месье Чарновского?
— Доводилось, так что ж? У него сотни офицеров перед тем, как на эскадрон идти, школу проходят.
— Ну, на эскадрон мне, пожалуй, идти поздновато, — насмешливо хмыкнул полковник. — Однако, думаю, стоит нам съездить к господину фехтмейстеру и, как говорится, «позвенеть клинками».
— Да вы что же, ваше высокоблагородие, рубиться с ним удумали? — всплеснул руками атаманец.
— Ну, рубиться, не рубиться, — успокоил его контрразведчик, — а желательно мне поглядеть, что он за птица. Так сказать, поближе, буквально в гнезде.
ГЛАВА 8
Холодное оружие дает быстрый и решительный результат в руках того, кто не боится погибнуть.
М.И. Драгомиров
«Делоне-бельвилль» подбрасывало на ухабах, и, хотя зима ровняет дороги, полковника, сидевшего на мягком кожаном сиденье автомобиля, изрядно трясло. Не обращая внимания на мелкие неудобства, он размышлял о событиях последних дней, закрутившихся вдруг рулеткою сумасшедшего казино.
Лунев воспроизвел в уме недавнюю встречу с ротмистром в доме Лаис. Да, такой человек вполне может стать ахиллесовой пятой заговора. Хорош собой, умен, силен, ловок, богат. Платон Аристархович наморщил лоб, вспоминая детали поведения конногвардейца. Склонен к риску на грани безрассудства, если судить по его дерзкой вылазке во время нелепого рейда на Инкоу. А порой даже за гранью, ежели сегодняшние пьяные жандармы — тоже дело его рук.
