Автор
В окне дисплея мерцали цифры и графики, отвлекая его от реального мира. Однако это не мешало фехтмейстеру ощущать в себе конкурента - компьютера, который быстро анализировал возможности и предположения так же эффективно, как он сам мог бы это сделать. Беззвездная ночь за стеклом радовала инженера отдела разработки Института Экспериментальной Истории, отражая в себе стремление к осознанию и пониманию его работы и целей....
— Ну, где твоя барыня? Спряталась? Ничего, я отыщу!
Между тем, повинуясь воле заклинательницы, леопард превратился в ужасающего вида человека с глазами, пылающими огнем.
— Ага, схорон у тебя тут?! — донеслось из-за шкафа, а затем новый окрик. — Эй, тащите сюда колун!
«Увидишь, как тебе не поздоровится, если не будешь послушным, — как положено, пролепетала Лаис, испуганно глядя на демона. — Вот Пентакль Соломона, который я принесла до твоего появления…»
Тяжелый удар топором по задней стенке шкафа возвестил о том, что преследователь уже совсем близок к цели.
«Спаси меня!» — прерывая грозные требования, взмолилась Лаис.
В ту же секунду задняя стенка шкафа поддалась, и в проломе возникла злобная физиономия Распутина.
— Ишь, спрятаться хотела? Шалишь, от меня не спрячешься!
Он надавил плечом, выламывая доски, все еще преграждавшие ему путь.
— Не помогут тебе, ведьма, значки эти!
Лаис с ужасом глядела на взбешенного Старца и на пустой Треугольник. Вероятно, неоконченное заклинание и смятение Лаис отпустило демона восвояси.
— Ужо, я тебя! — Распутин, сделав шаг, вступил в Треугольник. Огни в углах его ярко вспыхнули, но это не произвело на Старца ни малейшего впечатления. Он сделал еще шаг, еще, вплотную подступая к кругу, остановился, ошарашенно воззрился на сжавшуюся в ужасе девушку, развернулся и опрометью бросился прочь.
* * *Улыбка на губах ротмистра Чарновского не предвещала противнику удачного исхода боя. К собственному стыду, Платон Аристархович чувствовал себя не лихим рубакой, гусаром, а тряпичной куклой, которую дергает за веревочки ярмарочный кукловод.
— …А затем, когда вы уже проваливаетесь, стараясь меня достать, — вещал фехтмейстер, не сбавляя темпа, — я пропускаю ваше оружие мимо себя и контратакую оттуда, откуда вы не ждете.
Конногвардеец с изяществом испанского торреро повернулся на месте, давая Луневу провалиться в пустоту, и тут же остановил клинок в миллиметре от затылка Платона Аристарховича.
— Шах и мат!
— Ваше благородие, ваше благородие! — В зал стремглав вбежал давешний вахмистр, подменявший Чарновского.
— Ну что ж, Платон Аристархович, отдохните. Если желаете, через пару минут продолжим.
Фехтмейстера действительно не было всего несколько минут, но, когда он появился вновь, о продолжении лекции-поединка речь уже не шла.
— Что-то случилось? — встревоженно глядя на обескураженное лицо обычно самоуверенного ироничного конногвардейца, поинтересовался Лунев.
— Звонила Лаис.
