В выжженной солнцем степи, желтое такси останавливается у полуразрушенных ворот фермы. Водитель — молодой краснощекий мужчина с добрыми глазами — вздыхает и стирает пот со лба. Сквозь пыльное окно виднеются излучины реки, словно золотые жилы, ведущие к таинственному городу....
Корина отлично помнила заклинание, которым старая колдунья управляла огромными черными валунами, обладавшими неодолимой силой притяжения.
Королева Изумрудного города подняла руку и торжественно произнесла:
— Дамбару, мамбару, луфару, трофару! Черный камень, встань на место! Кольцо Гингемы, замкнись, и пусть никто и никогда не сумеет тебя разомкнуть!
Огромный камень, лежавший в миле от перевала, медленно приподнялся и плавно поплыл к своему прежнему месту. Удерживать его в воздухе оказалось нелегко. Корине пришлось собрать все свои силы.
Три великана, отставив бочки с водой, разом ухватились за черный валун и попытались сдвинуть его с места.
Корина расхохоталась, наблюдая в подзорную трубу их безуспешные попытки. Кольцо Гингемы замкнулось, и теперь никакая сила не могла разомкнуть его.
Волшебница еще раз оглядела перевал, но не заметила ни малейшего движения. Похоже, с врагами покончено.
Элли погибла под камнями, а сказочные существа были обречены на смерть от жажды и голода. Никто и ничто не могло им помочь!
Тем не менее Корина подозвала к себе сержанта Марранов и строго приказала:
— Смотрите в оба! Враги остановлены, но не исключено, что кто-нибудь из них попытается прорваться к перевалу.
— Но, королева… — пробормотал сержант, испуганно глядя на волшебницу.
— Никаких «но», — отрезала Корина.
Пошарив в сумочке, она достала брошь из изумрудов (ту самую, которую якобы потеряла) и протянула ее сержанту. Марран щелкнул каблуками и, отсалютовав королеве, быстро спрятал драгоценную вещицу себе в карман.
Усаживаясь в карету, Корина сказала обеспокоенному ее долгим отсутствием Дровосеку:
— Увы, мой друг, я так и не нашла свою брошь.
Король кивнул, пытаясь изобразить счастливую улыбку, но на душе у него было неспокойно. Конечно, там, на перевале, была не Элли, а злая колдунья из Большого мира, но…
Он угрюмо молчал всю долгую дорогу до Изумрудного города. У ворот карету встретила ликующая толпа.
