А ведь потом предстоит не менее долгая ночь в одиночестве…
Графине Миэль очень повезло, что она попала служанкой к нему. Только, почему, собственно — повезло? Он что — старик? Почему он должен держать себя в руках, когда рядом — первая соблазнительница в королевстве?..
От таких крамольных мыслей Тодеу стало жарко, и он снял треуголку, сунув ее под мышку. А женщина его мечты была уже совсем рядом и улыбалась ласково и немного смущенно, покручивая в руках маску.
— Благодарю, что вернулись за мной, — сказала графиня Слейтер — как будто погладила его нежностью своего голоса.
— Я же обещал, — ответил Тодеу, не зная, что ещё сказать прелестной фее, стоявшей перед ним. — Если вы готовы, то едем."
"— Одну минуту, — она достала из крохотной шелковой сумочки, висевшей на запястье, такой же крохотный шелковый платочек. — На улице ветер… вы можете простудиться… позвольте мне…
Тодеу замер, когда госпожа Миэль привстала на цыпочки и промокнула платком его лоб.
— Вы такой горячий, — сказала она тихо. — Совсем запыхались.
Запыхался. Будто бы. Тодеу едва не сказал, что горит совсем по другой причине. Но эти слова были бы лишними. Лишними — между ним и графиней Слейтер. Вот если бы на её месте была простая девушка, служанка по имени Элизабет Белл… Тогда точно после легкого прикосновения шелковым платочком начались бы совсем другие прикосновения. И ещё начались бы поцелуи. И ещё кое-что, если бы Элизабет Белл была не против…
— Пора ехать, — сказал Тодеу, чуть отстраняясь, и графиня сразу опустила руку, потупившись и вспыхнув быстрым и ярким румянцем, будто совершила что-то плохое.
То, как она краснела — это была особая проверка на стойкость. Лишь встретив Миэль Слейтер, Тодеу вдруг понял, что из всех знакомых ему женщин мало кто краснеет. Даже юные девицы, смущенно хихикавшие, не ухитрились покраснеть ни разу. А эта… неужели, такая чувствительная? Или… он ей настолько нравится?..
Провожая женщину до кареты, усаживая на сиденье и укрывая медвежьей шубой, а потом усаживаясь напротив, Тодеу мучительно раздумывал — не надо ли спросить в открытую о симпатиях и привязанностях некой особы? До этого он позволял себе намеки… Ну да, намеки. Ладно, будем называть вещи своими именами — говорил ей прямо, чего бы ему хотелось. Но как-то так говорил, что слова можно было принять за шутку. Ладно, и здесь можно сказать начистоту — просто боялся отказа. Потому что если ты признаешься женщине, а она ответит «нет», то на этом всё и закончится. А отказ на шутку — это всегда надежда.
Значит, он надеялся?..
Глядя в темноте кареты на Миэль Слейтер, прячущую лицо за краешек шали, Тодеу усмехнулся.
Только глупец может надеяться на отношения с графиней. С фавориткой короля. С первой красавицей королевства.