В новогоднюю ночь она выходит на мокрую улицу, где дрожат огни рождественских елок и тихо шуршит холмистый город. Темнота сгустилась, но свет фонарей не помогает различить фигуры, готовых накинуться на привидение. Гвардейцы словно вымерли в подъезде, а Фея чувствует их недоверие и страх перед темным призраком....
— Вы не откажетесь позавтракать со мной?
Она не отказалась, хотя быстро оглянулась на дверь, будто боялась, что за нами следят.
— Мне показалось, хозяин вернулся ночью? — спросила я небрежно, переворачивая наполовину поджаристые ломтики.
— Хозяин вернулся? — Джоджо удивленно посмотрела на меня. — С чего вы взяли? Он приедет через три дня, у него дела в Шовинспенсере.
Я склонилась над очагом, скрывая волнение и замешательство. Теперь я совсем не была уверена, что, действительно, видела Тодеу де Синда.
"Поджаристый хлеб был выложен на тарелку, и к нему не хватало только вишневого варенья или ароматного сыра, но можно было обойтись и без этого. Я налила в кружки кипяток и попросила заварку для чая. После недолгого замешательства Джоджо достала откуда-то с полки жестяную коробочку, расписанную пастушками и овечками, а когда открыла её — по всей кухне разнесся запах чайных листьев.
— Никому не говорите об этом, — посоветовала служанка, заваривая чай. — Госпожа Бонита страшно экономная. Она посчитает это излишней роскошью.
— Жареный хлеб и чай? — удивилась я.
— Чай мы пьем только по воскресениям. А госпожа Бонита не завтракает и не обедает, — Джоджо произнесла это с благоговением. — Тем более, сейчас — пост. Она очень набожная и от других требует того же.
— Но пост — это не голодовка, — возразила я. — Всем, а тем более — детям, нужно хорошо питаться даже в пост.
— Им требуются палка и березовая каша, — хмыкнула Джоджо. — Давайте уже пить чай, у нас уймища работы.
Мы с удовольствием позавтракали, а потом Джоджо занялась завтраком для господ, а мне было поручено протереть пыль с мебели, подмести на первом этаже и вымыть пол на втором, пока де Синды не проснулись.
Судя по недоверчивому взгляду служанки, она не слишком верила, что я справлюсь с порученным делом.
— До завтрака, мы всегда делаем уборку в общих комнатах и коридорах, — объясняла она, показывая, где расположена гостиная, где — столовая, библиотека и ванная комната. — Комнату госпожи Бониты надо убирать, когда она идет в церковь на службу — с восьми утра до двенадцати. Госпожа Бонита очень набожная, она задерживается в церкви до полудня, хотя служба заканчивается в одиннадцать.
![Обложка книги Моё шустрое рыжее счастье [СИ]](/uploads/posts/images/7/moio-shustroe-ryzhee-schaste-si.jpg)