Автор
В кабинете гинеколога: три фигуры на полотне Репина — это всего лишь призрачный сон до того момента, как он начал воплощаться в реальность. Начавшись как запретная страсть, роман трансформируется в драматическую любовь между женщиной и мужчиной-вором, незаконно связанных кровью войны и семьей....
— А мои вещи? — спросила я и хмыкнула, заметив торопящегося Тима с чемоданом. Он хотел его бросить в кузов, но шуганулся собаки и, психанув, махнул рукой, оставив багаж на улице. Я не расслышала, что он крикнул, но кажется, это было какое-то ругательство, потому что Вестник цокнул и со словами «детский сад» вышел на улицу, чтобы погрузить вещи.
— Куда мы? На конспиративную квартиру? — робко поинтересовалась по дороге, устав от гнетущей тишины. Алекс снова ушел в себя, о чем-то размышляя и делал вид, будто меня тут не было.
— Да… — о, боги! Он улыбнулся и мельком взглянул на меня. — На конспиративную. Ты начинаешь шарить.
— Только идиот не догадался бы. Машина другая, мы меняем место. Ясно же, что нужна чистая квартира, — пожала я плечами.
— Ну, да. После того, как мою малышку раскидало по двору, пришлось одолжить тачку у знакомого, — кивнул он, не отвлекаясь от трассы.
— Это из-за меня? — тихо спросила, поджав губы. Я весь день думала об этом, коря себя за то, что чуть не стала причиной гибели Алекса. Я бы себя не простила, если бы с ним что-то случилось.
— Что из-за тебя?
— На тебя покушались из-за меня?
— Ты как-то связана с криминалом? — он с подозрением покосился на меня.
— Да, связана. Влюбилась в одного отморозка! — неожиданно для себя громко воскликнула и сложила руки на груди.
Ну, так и произошло.
— Скажи мне, кто этот отморозок, я с ним серьезно поговорю, — насмешливо произнес, порождая во мне новый виток возмущений:
— Ты можешь быть серьезным?! Я же с тобой о серьезных вещах говорю, а ты со мной, как с блаженной разговариваешь! Между прочем я переживаю! И вообще… — мысленный поток был быстрее словесного и я запнулась, хватая, как рыба ртом, воздух.
Вместо того, чтобы ответить, Алекс посмотрел на меня и начал передразнивать, хватая ртом воздух. Внезапно мне стало смешно.
— Прекрати, я не так делаю! — шлепнула его по бедру, заливисто смеясь."
"— Именно так! — он съехал на обочину. — У тебя еще глаза раза в три увеличиваются и в сочетании с безмолвно открывающимся ртом, зрелище адское и весьма забавное.
