Автор
В кабинете гинеколога: три фигуры на полотне Репина — это всего лишь призрачный сон до того момента, как он начал воплощаться в реальность. Начавшись как запретная страсть, роман трансформируется в драматическую любовь между женщиной и мужчиной-вором, незаконно связанных кровью войны и семьей....
Я выглядела слишком просто, но для вычурности не позволила совесть. Место для свидания Алекс выбрал не самое подходящее.
Алекс замер на пороге, будто удивился, увидев меня, но по тому, как загорелись его глаза, поняла, он скучал. В сапфировых глазах засияла яркая смесь эмоций из восхищения, присыпки влюбленности, щедрой порции страсти и толики тоски. Последняя быстро замещала вышеперечисленные эмоции, превращаясь в чувство стыда и извинений за антураж встречи.
Не помнила, кто первый бросился навстречу.
— Я так скучала, — между тем шептала ему, гладя исхудавшие щеки. Алекс заметно похудел и выглядел измотанным.
— Я больше, — улыбнулся, обнимая меня одной рукой за талию, а другую положил на живот, пробуждая уснувших на месяц бабочек. Те радостно захлопали своими крыльями, порождая вихрь захватывающих в кайфе эмоций. — Уже пинается?
В ответ я смогла лишь молча кивнуть, глотая слезы.
— Ну-ну, не плачь. Все хорошо, я тут, живой. Ты большая молодец, упрямая.
Он что-то еще нежное мне шептал, карябая душу хриплым тембром, который обволакивал меня, в теплую шаль, согревал и отговаривал от неприятного разговора. Алекс не заслуживал того, что я собиралась ему озвучить, это просто мои бабские накруты, одолевшие беспокойное сердце за месяц, не стоило ничего говорить.
Я отговаривала себя, пока Алекс опустился на колени и сквозь вязанную ткань поцеловал мой живот, прислонил к нему ухо, слушая. Будто пытался поймать пинки нашего сына. Такой жест еще больше устыдил, с головой погружая в омут райского наслаждения.
