Автор
В тишине снежной улицы под вечер жестокая реальность призывает к печали. Мимолетные встречи со случайными прохожими напоминают о том, что жизнь продолжается невзирая на ледяную красоту осени. Здесь время замерло, и каждый шаг как будто таит в себе неизвестность.
— Бунин аккуратно усадил на заднее сиденье Максима, вслед за которым тут же юркнул Цезарь. Перед тем как нырнуть в нутро машины вслед за сыном и псом, Лелька подняла голову и в упор посмотрела на Дмитрия."
"— Я больше не хочу тебя видеть, — тихо, но отчетливо сказала она. — Ты, пожалуйста, больше не приходи. Никогда.
Хлопнула дверца, и Бунин обернулся с водительского сиденья, чтобы поймать ее взгляд. В Лелькиных глазах стояли слезы.
— Поехали, Ванечка, — попросила она.
— Ты уверена, что права? — спросил он.
— Уверена.
— Ты хочешь его наказать за то, что Максим чуть не погиб? Или ты поверила, что Максима спасла собака, а не Димка?
— А может, я себя хочу наказать? — горько возразила Лелька. — Ты не знаешь, Вань, но, когда Макс позвонил, — она вцепилась сыну в рукав, чтобы еще раз удостовериться, что он рядом, — мы в постели лежали. Ну, то есть из постели мы уже, конечно, вылезли, но сути это не меняет. Мне было хорошо, Вань. — Она горько заплакала, некрасиво всхлипывая и руками размазывая слезы по щекам.
— Я большей глупости в жизни не слышал, — сердито сказал Бунин и, отвернувшись, тронул машину с места. — Все, что могло случиться, случилось. Больше никому ничего не угрожает. Димка победил всех своих химер, и впереди у вас нет ничего, кроме счастья. Тем более что ты говоришь, — он покосился на нее в зеркале заднего вида, — что тебе было хорошо.
— Не такой ценой, Вань, — устало возразила она. — Не такой ценой.
— Да разбирайтесь вы сами! — зло отрезал он и больше до самого Лелькиного дома не проронил ни слова.
Уже вечером полностью успокоившийся и даже немножко гордый своим приключением, Максим пришел на кухню, где сидела Лелька, совершенно бездумно глядя на ветки сирени.
— Мам, — робко начал он.
— Что, сыночек?
— Мама, Митя хороший. Ты зря его прогнала.
— Макс, мы сами разберемся. Это совершенно не твое дело.
— Это мое дело. — В голосе сына вдруг послышалась мужская твердость. — Я к нему привык. И он тебя любит. И ты его любишь, я же вижу. И ты совершенно зря его сегодня обидела. То есть понятно, что у тебя стресс и все такое. Но завтра ты должна его найти и извиниться.
— За что мне извиняться?! — сорвалась на крик Лелька. — Ты понимаешь, что из-за его желания поймать убийцу он чуть было тебя не погубил?!
— Не погубил же. — Максим приобнял ее.
