Автор
В тишине снежной улицы под вечер жестокая реальность призывает к печали. Мимолетные встречи со случайными прохожими напоминают о том, что жизнь продолжается невзирая на ледяную красоту осени. Здесь время замерло, и каждый шаг как будто таит в себе неизвестность.
Авось тоже научишься команды выполнять. Сидеть, давать лапу, а главное — лежать.
— Зараза ты, Инка! — Лелька засмеялась, всерьез сердиться на Инну Полянскую было невозможно.
Перемыв после ухода подруги чашки и убрав посуду, она еще раз взглянула на часы и пошла утепляться перед прогулкой.
— Максим, — крикнула она наверх, — собирайся. На тренировку пора.
Мягкий желтый свет фонарей создавал причудливые узоры на снегу, по которым хотелось гадать, как по открытой книге.
— Скрещенья рук, скрещенья ног, судьбы скрещенья, — почему-то вспомнила Лелька строчки любимого Пастернака.
Пока она думала о стихах, разглядывая снег, в отдалении Цезарь послушно выполнял команды, которые давал ему гордый своими и собакиными успехами Максим.
"— Фу! Фу, я сказал! — Громкий, резкий, как щелчок плети, окрик заставил ее вздрогнуть.
— Что он съел, яблоко? — спросил Дмитрий у застывшего столбом Максима.
— Нет. — Голос сына был тихим и бесцветным от ужаса. — Дима, я видел. Это была сосиска. Бред умер, съев сосиску. Дима, это отрава?
— Подожди, сейчас посмотрим, ты не видел, откуда он ее притащил?
— Вон из того куста.
Не обращая внимания на то, что снег забивается внутрь зашнурованных грубых ботинок, Дмитрий полез в кусты и, упав на колени, начал что-то внимательно рассматривать.
— Дело плохо, — мрачно сказал он, вылезая обратно на дорожку. — Там красные пятна на снегу. Такую реакцию дает изониазид.
— Что это? — Лельку затрясло.
— На самом деле противотуберкулезный препарат. Применяется для лечения всех форм туберкулеза у людей. А для собак — смертельный яд, потому что они обладают повышенной чувствительностью к этому препарату.
