Автор
В тишине снежной улицы под вечер жестокая реальность призывает к печали. Мимолетные встречи со случайными прохожими напоминают о том, что жизнь продолжается невзирая на ледяную красоту осени. Здесь время замерло, и каждый шаг как будто таит в себе неизвестность.
Лицо у него было хмурое и сосредоточенное.
— Да, меня Ванька спрашивал про это, — сказал он. — Я действительно не знал, что Минька ходит на какие-то занятия. Мы с Тамарой, это моя бывшая жена, ругались все время, а он расстраивался и все мечтал нас помирить. Вот, видимо, и решил, что если будет учиться в престижном вузе, то мы будем им гордиться. Вместе.
— Дима, я боюсь, — честно призналась Лелька. — И запретить ему ходить на эти занятия не могу, потому что вдруг я ошибаюсь и Гоголин — просто отличный педагог, который заботится о своих талантливых учениках.
— Пока ничего. Ждать. Вы сказали, что Максим вернется около трех. Сейчас без десяти. Ждать осталось недолго. Если волнуетесь, не отпускайте его туда одного. Но ваши подруги правы. Главное — не приближаться к пустырю. Вы не волнуйтесь, Люба. Раз Бунин в курсе, значит, он уже не собьется со следа.
Хлопнула входная дверь, и в дом ворвался Максим. Дмитрий заметил, как у Лельки сразу посветлело лицо. Радостно заскакал, цокая по дереву когтями, Цезарь. Забил хвостом, задевая металлическую батарею. Схватив тапочки, в зубах принес их хозяину.
— Мам, я вернулся. Ой, Дима, ты приехал. Здорово! Привет! Мама, а давай меня покормим, а то я ужас какой голодный. Гоголь предлагал чаю с тортом, но я отказался.
— Где тебе Гоголь предлагал чаю с тортом? В школе? — удивилась Лелька. — Так правильно и сделал, что отказался. Он еще доновогодний, поди.
— Нет, мам. Мы сегодня у Гоголя дома занимались.
— Где? — В голосе Лельки послышался священный ужас. — Макс, что ты делал у него дома? Я же тебе говорила, чтобы ты ходил к нему только в школу!"
"— Мама, ну я уже в город приехал, когда он позвонил и сказал, что в школу сегодня прийти никак не может. У него радикулит случился, он из дома не выходит.
— И что вы там делали?
— Ты иногда такая смешная, мама! Что мы могли делать? Биологией занимались. Что же еще? А потом я уже собирался уходить, к нему друг пришел. Ну, этот… Тоже наш преподаватель. Широков, который все Мандельштама читает по поводу и без повода. А с ним его сын. Федей зовут. Они торт и принесли, так что он свежий был.
