Автор
Толкнули события, как резкий привкус горчицы. Потом взяла себя в руки, понимая, что нужно сохранять спокойствие и здравый смысл. Выдавила слабую улыбку и старалась придать глазам весеннее сияние. – Ах, как приятно! Приятности не было ни одной, но ей все же хватило мужества показать окружающим свою радость, словно это было оправдано....
Так что же ты хочешь, Лариса? Чтобы вот сейчас, не в самые легкие дни, они изменились? Подумали, как тебе сложно? Да нет, дорогая, так не будет уже никогда. Потому что сама виновата. Нечего было всегда вперед забегать!» Впрочем, это она не про мужа – ему сейчас ох как непросто! Это скорее, про дочь. В такие минуты – и только о себе!
Но тут же стала успокаивать и одергивать себя: «Не трави, Леля, душу. В конце концов, девочка в чужой стране и в чужом городе. Ей тоже непросто. Да еще этот грипп. Ну, если он и вправду имеется».
Она набрала дочкин номер, но Катька на звонок не ответила, ограничилась эсэмэской: «Все в порядке, на лекции, чувствую себя хорошо».
Ну и что еще матери надо? Вот именно. И с почти легким сердцем Леля отправилась на работу.
Кое-что удалось. Большой заказчик обещал предоплату. Ну не совсем так, как хотелось бы, но нечего бога гневить!
Подумала, что все-таки человек она благодарный. И это, надо сказать, очень упрощает ее нелегкую жизнь. Умела, умела, за совсем небольшое, даже совсем малое, сказать спасибо, и про себя, и вслух.
«Странно, – подумала Леля. – Дед Семен казался мне богохульником. А надо же, думал, оказывается, про «там» и «услышат»!» Почему богохульником? «Да все просто, Лелька, – часто говорил он. – Все они нечистые на руку! Все эти попы, раввины и ксендзы. Ты мне поверь, я на них насмотрелся!» «Нет, есть, конечно, и приличные люди», – добавлял он в ответ на ее жаркие возражения.
Анекдоты любил про господа бога. Да и потом, «грешки» его, как он сам называл свои заработки, ну никак не вязались с верой добропорядочного и благочестивого человека.
А мама… Мама вообще верила в светлое будущее, наивной была. Ждала коммунизма. Дед смеялся над ней. «Ох, Ирка! Какая ж ты все-таки дура! Нет, и вправду – веришь в победу социализма? Да ты понимаешь, что так не бывает? Чтоб все равны и все поровну? Да, мозгами ты в Дусю пошла, – разочарованно кряхтел дед.
Мать всерьез обижалась, краснела от обиды и злости и махала на деда рукой: «Да хватит уже! – И тихо добавляла: – Сам ты… старый дурак!»
Ладно, хватит воспоминаний. Леля умела себя остановить. А то станешь себя жалеть, лучше точно не будет.
Так. С первым пунктом почти разобрались. Нет, не так: начали разбираться. И появилась надежда.
