Автор
Фиалковое зелье раскрывает грусть в самых ярких тонах — от светлых воспоминаний до мрачных призраков, как нежный фиолетовый цветок среди листвы. В этой книге рассказывается о взаимоотношениях между героями, которые полыхают огнем прошлого и огоньком настоящего, создавая душистый аромат смешанной грусти и радости....
Степан! Отпряг лошадей?
– Так точно, ваше благородие!
– Хорошо! Бала… Балабуха, стой! Куда ты, черт! Ведь надорвешься же!
Но Балабуха уже налег на оглобли, крякнул и легко, словно это была детская игрушка, скатил экипаж с дороги.
– Вот это силища! – восхитился Добраницкий.
– Забирай вещи, – велел артиллерист Ваське, – и идем! Нечего тут под дождем торчать!
Однако оказалось, что денщик не в состоянии в одиночку справиться с вещами, потому что на предыдущей станции офицеры накупили всякой снеди, которая занимала немало места.
Ворота замка оказались открыты. Владимир толкнул створку, и она отворилась. Радуясь, что скоро они окажутся под крышей и смогут передохнуть и обсушиться, наши герои вступили во двор. Ветвистая молния на долю секунды распорола небо, и почти сразу же в уши ворвался ужасающий рев грома.
– И почему у них во дворе так темно? – недоумевал Балабуха. – Ни один фонарь не светится!
– Может, это они из экономии? – предположил Владимир, зябко ежась.
Подойдя к массивной входной двери замка, Гиацинтов громко постучал. Никто не ответил.
– Дай-ка я, – отодвинул его Балабуха.
После того как он три раза ударил кулаком по двери, весь замок неминуемо должен был обрушиться до основания, однако этого почему-то не произошло, и на стук никто не отозвался.
– Никто не идет, – констатировал артиллерист с удивлением. – Спят они там все, что ли?
– Дайте-ка я попробую, – вмешался Август. Однако он не стал стучать, грохотать и поднимать шум, а лишь легонько потянул дверь на себя. С ужасающим скрежетом та подалась.
– Вот черт! – сказал Балабуха сокрушенно. – Однако почему у них тут все нараспашку?
– Не знаю, – признался Добраницкий. – Вообще-то, когда я увидел этот замок, мне показалось, что он необитаем.
Словно в ответ на его слова, в небе вновь вспыхнула молния, и тут только Владимир разглядел, что многие стекла в окнах выбиты, стены покрыты побегами глициний и плюща, а кладка местами осыпалась.
– Ну, все-таки крыша над головой лучше, чем ничего, – сказал он. – Пошли, ребята!
Кучер повел лошадей в конюшню, а троица искателей приключений и их слуга переступили порог.
