Так, надо возвращаться.
Я завязала прорвавшееся дно пакета узлом, сунула в сильно уменьшившийся мешок куртку, свитер и парик, затянула синие ленточки, отнесла пакет чуть в сторонку и засыпала его снегом.
Белочка громко икнула и легла на тропинку. Глаза собаки начали закрываться: то ли псина устала, то ли, пока я, забыв обо всем на свете, изучала находку, наелась от души объедками.
— Пошли домой, — велела я и грозно загремела цепью.
Белочка покорно встала и медленно-медленно потащилась к дому. Вернулись мы безо всяких приключений.
— Ну как? — склонив голову набок, поинтересовалась Ася.
— Нормально, — бодро ответила я.
— Не знаю. Но, судя по тому, что она все сделала, думаю, Белочка осталась довольна.
— Не о ней спрашиваю, о тебе!
— Замечательно прошвырнулась, воздухом подышала, — бойко соврала я, дрожа от холода насквозь промокшего свитера. — Где ей лапы помыть?
— Не парься, — махнула рукой Ася.
— Нехорошо грязное животное в дом пускать, — ласково напомнила я, изо всех сил мечтая проникнуть в комнату, где, по всей вероятности, так и лежал, меня поджидая, мой блокатор.
— Вечером приходи, — отрезала Ася, — в восемь.
С этими словами она присела на табуретку и тут же подскочила с легким вскриком.
— Что случилось? — машинально спросила я.
Ася, охнув, нагнулась и стала расстегивать на Белочке ошейник.
— У меня, похоже, артрит разыгрался, — пробубнила она, — когда сажусь, словно током шандарахает. Надо к врачу идти, да где хорошего найти?
Я хотела было воскликнуть: «Могу дать телефон великолепного хирурга», — но тут увидела, что в юбке няньки, как раз пониже спины, покачивается открытая английская булавка. Стараясь не рассмеяться, я незаметно для собеседницы вытащила ее и сказала:
— Вам очень повезло.
— В чем это? — осведомилась Ася, вешая поводок на крючок.
— Если дадите чашечку горячего чаю, мигом избавлю вас от неприятных ощущений.
— Да я тебе и денег отсыплю, и какао с булкой, и мяса с картошкой, и авокадо с креветками, и много чего другого дам, только лучше не ври. Артрит в секунду не пройдет.
— Вы просто не имели дела с людьми, владеющими методами ПРП, — ляпнула я в порыве вдохновения, — нас на весь мир единицы.
— Чего у тебя есть? — ошарашенно поинтересовалась Ася.
— Психологическое решение проблем, ПРП. Методика была опробована в строго засекреченном отделе КГБ. После падения советской власти сведения о ней просочились в массы, и кое-кто сумел получить знания. В общем, садись на стул, больно сейчас уже не будет.