Автор
Фиктивная жена миллиардера оказывается в опасной ситуации после того, как её обманули. Она сталкивается с яростью и угрозами от влиятельного мужчины, чьи действия ставят под угрозу её жизнь. Напряжение нарастает, когда раскрываются тайны о квартире и личности владельца.
Я не могу просто терпеть это все. Зря ему так открыто показывала свои чувства. И без слова “люблю” ему все ясно. И поэтому он считает, что может вести себя как угодно, ведь я все прощу.
Нет, нет. словами можно ударить так же больно, как и рукой. Слова сразу проникают внутрь и разрывают сердце. Я больше не хочу этой боли.
Нужно переходить к радикальным действиям.
Черт, зря я так. Мерзкая горечь саднила внутри. Но неужели лучше было ей сказать, что собираюсь идти к Марго, которая сидит в подвале дома для охраны? Элизабет могла начать возмущаться, требовать, чтобы я выпустил ее.
В любом случае ссоры не избежать. Так не лучше ли пресечь все вопросы на корню и не тратить время на глупую перепалку?
Но все равно противно. Жаль, что сверху на классный секс ляпнула ложка дегтя. Жаль, что нужно спешить и я не могу остаться с ней до утра. Да я сзывал всех своих людей на утро, но мне нужно было к рассвету подготовить распоряжения и план.
Возможно, стоило это все и сказать ей. Я по привычке жестко ответил, как отвечал раньше любой девушке, которая лезла в мои дела. Элизабет не любая девушка. Она мне дорога. Я не уверен, что хочу разрывать сейчас брак. Позже? Или вообще нет?
Подумаю об этом потом. Сейчас первостепенная задача убрать врагов, наказать тех, кто похищал Элизабет. Обеспечить безопасность. Если думать о каком -то совместном будущем, крайне необходимо быть уверенным, что она не попадет больше под угрозу.
С другой стороны, самым безопасным вариантом было бы не искать ученого, которого украли из лаборатории. Не идти наперерез бандитам. Открытая война может плохо закончиться.
Но, твою мать, они лишили меня миллиардной прибыли. Они унизили меня. Я не намерен махнуть на все рукой.
Охранник завел в кабинет Марго. Сколько она просидела в подвале? Полдня? А выглядела так, будто ее морили голодом месяцами, не выпускали на свет, пообещали казнить на электрическом стуле.
Запавшие голубые глаза с размазанной косметикой печально смотрели на меня. Она, сжавшись, села на стул.
— Ты знаешь, зачем им понадобился ученый?
Марго с охотой закивала.
— Я скажу, только позволь мне... — Ее голос шелестел не сильнее ветра. Она потянулась к чашке чая и смочила губы. — Позволь мне извиниться. Я очень жалею...
— Понимаю. Просто хочу, чтобы ты знал. Мне жаль.
Ее страдальческий вид действовал на нервы. Какая гарантия, что сейчас она не прикидывается ради новой цели?
— Если жаль, то говори все, что знаешь.
