Автор
В невероятной ситуации: отличница пришлась в должники перед снобисткой-олигархом, вынужденно трудящимся в заведении чрезвычайно низкого социального статуса. Он, казалось бы, воплощение всех ее ужасов - знаток брехни и любителей кастелей. Но даже такая атмосфера не может задуть огонь страсти между ними....
Дескать, если мал, то должен уважать старших, что бы они ни творили?
– Не говори так! Мне всегда есть дело до моей дочери! Просто о том, что ее доводят до слез на занятиях, я слышу впервые! – растерянно поизносит мужчина.
– Потому что твоя бывшая няня покрывала свою подругу учительницу! Они дрессировали твою дочь, как собаку! Сегодня я слышала, как учительница кричала на Соню и обзывала ее! А когда забежала в кабинет, чтобы узнать, в чем дело, женщина держала ее за кисть так, что вот-вот сломала бы! Не веришь? Посмотри на ее руку! У Сони там теперь синяк!
– Проклятье! – рычит Влад, и я вижу, как его глаза наливаются яростью.
Он достает телефон и начинает кому-то звонить.
– Алло, Антон Петрович? Это Кострицкий, у меня к вам дело…"
"– Ты ее собрался убить? – шепотом ужасаюсь я, но мужчина серьезно качает головой и одними губами произносит: «Это адвокат».
– Да-да! Подъезжайте ко мне, решим все. Не телефонный разговор.
Он кладет трубку и долго смотрит прямо мне в глаза. Так внимательно, что мне становится жарко от его взгляда.
– Что-то не так? – закусив губу, тихо спрашиваю я.
– Нет, все так. Все именно так, как и должно быть. Я не ошибся в тебе, Кира. Ты лучшее, что могло произойти с Соней.
Я замираю, не ожидая услышать таких проникновенных слов, но не успеваю ничего ответить, как мужчина уходит.
Глава 6
Я весь вечер провожу с Соней дома и вздрагиваю от каждого шороха. Интересно, что он сделает той ненормальной? Нет, мне не было ее жалко, но уж я-то знала вспыхивающий, словно костер на сухих ветках, характер Кострицкого.
Я не уезжала домой и ждала возвращения своего нового босса. Уложив Соню спать, я как-то случайно засыпаю рядом с ней. Просыпаюсь оттого, что затекла рука в неудобном положении. Открываю глаза и ругаюсь про себя: надо же, уснула прямо у ребенка в комнате.
Тихонько встаю и аккуратно, чтобы не потревожить девочку, приоткрываю дверь. Судя по тому, что везде стоит кромешная тьма, сейчас как минимум середина ночи.
И кстати, где, собственно, сам Кострицкий? Прибил учительницу и дождался темноты, чтобы ее где-то прикопать?
Решаю уже не ехать сегодня домой, все равно возвращаться через пару часов. А вот попить бы не мешало. В горле пересохло так, что язык прилипает к небу.
