Автор
Крутя бокал шампанского, девушка скользила взглядом по веселящейся толпе. Внезапно ее прервал громкий крик соседки, указавшего на мужчину рядом — не кто иной, как ее избранник Левон. От испуга мурашки пробежали по всему телу, заставляя сердце бешено колотиться в горле.
— Почему я до сих пор жду ответа от типографии? Где буклеты? Где план встреч на следующую неделю?
— Карина Гурамовна, — заблеяла рыженькая Оля. — Мы ещё не успели…
— Тогда у меня есть новость. В понедельник вас ждут аттестационные тесты. И они не будут повторяться с прошлогодними. Ой, а сегодня пятница… Как жаль, милочки, — я издевательски покачала головой. — Если не сдадите, то будете отстранены от работы. Прекрасных выходных…
Черт… Конечно, я не должна была срываться! Однако отчего-то легче всё равно стало. Но ненадолго… Потому что за стеклом своего кабинета я заметила знакомую мощную фигуру.
Смерила секретаршу уничтожающим взглядом, Маша аж медленно стала стекать под стол.
Выдохнула и, чуть замедлив шаг, направилась навстречу бывшему мужу…
Как жаль, что мы – крошечное издательство без администратора и проходной с пятью турникетами! А то бы я его заставила пройти весь этот цирк…
— Привет, Левон!
Куталадзе обернулся, растянул губы в искренней улыбке и как-то машинально подался вперед, обнимая меня и целуя в щёку.
— Привет, Кара, — прошептал и отстранился, осматривая меня, будто не видел год, а не каких-то три недели.
Муж был явно отдохнувшим, кожа отливала золотом загара, в глазах ясность и ни капли стыда… А жаль.
Впрочем, это не моя история. Я и Раевскому запретила говорить на эту тему, и Свете, и себе. Табу!
Куталадзе — мой бывший муж, и запас уважения к нему гораздо больше, чем дерьма, что случилось между нами за последнее время.
— Хватит худеть, — он нахмурил брови, принявшись вновь шарить взглядом по мне.
Куталадзе поджал губы в гримасе недовольства, но даже это не смогло затмить шальной блеск глаз. Да он взглядом меня лапал… Интересно, а свою секретаршу он так же рассматривает? Или сразу в коленно-локтевую сгибает?
Ревность зудом разошлась под кожей.
Ругала себя, уговаривала промолчать и не врываться в бурную реку! Моя психика сейчас этого просто не выдержит. Мне нужна зона комфорта, где мы — бывшие, расставшиеся мирно.
— Сочту за комплимент, — улыбнулась и кивнула Маше, что уже вносила в кабинет две чашки кофе. — Маш, воды с лимоном Левону Георгиевичу принеси?"
"— Хм… — довольно хмыкнул Куталадзе, опускаясь на диван. — Помнишь ещё?
Я что, на контуженную похожа? Двадцать лет совместной жизни могут стереться за три недели? Хотя с такими темпами…
— Какими судьбами? Слышала, ты в командировке был? — присела за рабочий стол, почему-то не желая слишком близкого контакта.
