Автор
Крутя бокал шампанского, девушка скользила взглядом по веселящейся толпе. Внезапно ее прервал громкий крик соседки, указавшего на мужчину рядом — не кто иной, как ее избранник Левон. От испуга мурашки пробежали по всему телу, заставляя сердце бешено колотиться в горле.
Все действия машинальные, не требующие раздумий…
— Вы разрушили мою мечту! — прошипела Липатова, пятясь спиной к дверям. — Я поругалась с подругой, которая была со мной всё это время, но оказалось, что ты тот ещё гнилой фрукт! И да… Никаких советов, Куталадзе, выгребай из этого дерьма самостоятельно…
Светка выбежала, оставляя нас в полной тишине. И всё, что мы могли делать — дышать в такт. Он не оборачивался, продолжая смотреть вслед подруге, а я нервно крутила карандаш.
— И что это было? Не хочешь объяснить?
— Левон, а ты не знаешь, по какой причине твоя сестра Нино аннулировала мой пропуск в «Кара-флайт»? — хруст карандаша прозвучал стартовым выстрелом.
— Что сделала Нино?
— Ты пришел сюда хозяином, требуешь ответов, а сам не знаешь, что затеяла твоя сестра прямо у тебя под носом! Она унизила меня, заставив краснеть у стойки администратора! Охрана, знающая меня по имени отчеству, с усмешкой наблюдала за бывшей женой, которую не рады видеть в фирме бывшего мужа! — я не выдержала и вскочила, замирая нос к носу.
— Почему…
— Куталадзе! Ещё раз я услышу этот гребаный вопрос, клянусь, вцеплюсь тебе в глотку! Да, мы развелись, но я думала, что сохранять человеческое лицо — это наша обязанность. Была уверена, что мы не опустимся до разборок, но…
— Тук-тук, — в открытую дверь кабинета вошёл Петров.
— У тебя тут проходной двор какой-то!
— Левон, рад видеть… Как Дубай? Стоит?
— Привет, Юр. Стоит, — Куталадзе кивнул, пытаясь сбросить с лица маску раздражения. — Ты какими судьбами?
— Вот, книгу написал. Карина Гурамовна, я всё утвердил, но хотелось бы обговорить несколько моментов. Быть может, вы согласитесь пообедать? Я забронировал столик в ресторане, мы можем все обсудить, — Петров ничуть не смущался, не робел, стойко вынося взгляд Левона.
В голове застучали молоточки, да я готова была на что угодно, только бы прекратить этот разговор. Наверное, поэтому так легко подхватила сумку и пальто.
— Моя жена никуда не пойдёт! — рявкнул Куталадзе. Вдруг его взгляд поменялся. Там мелькали и шок, и удивление, и гнев…"
"— Это кто так сказал? — ощерилась я, а по голове мурашки забегали.
