Автор
Крутя бокал шампанского, девушка скользила взглядом по веселящейся толпе. Внезапно ее прервал громкий крик соседки, указавшего на мужчину рядом — не кто иной, как ее избранник Левон. От испуга мурашки пробежали по всему телу, заставляя сердце бешено колотиться в горле.
Листайте дальше!
Глава 18
Глава 18
Левон
— Тебя хоть зовут-то как, беременная моя? — я не мог остановиться, хохотал, как ненормальный. Лёгкие пылали, вот только кулаки болели! Я с таким остервенением сжимал пальцы, что в какой-то момент перестал чувствовать боль…
Смотрел, как от меня сбегают люди, которых я всю жизнь считал своей семьёй! Своей опорой, тылом… Но за последние несколько недель вдруг всё изменилось!
Их взгляды стали сначала пустыми, холодными, а потом и колючими, чужими.
А теперь они уходят, потому что уверены в собственной правоте.
Им не нужно моё мнение, им достаточно того, что они видели своими глазами.
Никто из них не задал ни одного вопроса! Они уверены, что я — предатель…
— Ну? Чудо-юдо, — медленно встал и потянулся. От напряжения позвоночник превратился в стальной прут. Каждое движение простреливало болью. — Как зовут, я тебя спрашиваю? Или я угадал? Наташа?
— Надя, — девушка неверно расценила моё спокойствие, поэтому растянулась в лучезарной улыбке и даже с облегчением выдохнула.
Стиснул зубы, как только девчонка зачем-то стала трогать мою жену.
Она захлопала длинными ресницами и как-то слишком смело шагнула навстречу ко мне. Тонкие руки легли на плечи, девчонка по-хозяйски стала бегать пальчиками по шее, спустилась к груди, нарочно пробираясь под ткань между пуговиц.
Какие дешёвые уловки… Но её выдавали мелочи: нервное подрагивание нижнего века, она то выкала, то смотрела на меня, как на шарик ванильного мороженого в июльскую жару.
Блондинка была в стрессе, хоть и пыталась это скрыть избыточными жестами. По шее скатилась капля пота, грудь вздымалась, выдавая частящее сердцебиение.
Надя с таким отчаяньем отыгрывала сцену из дешевой мелодрамы перед Кариной, так куда же делась её прыткость сейчас? Почему, оказавшись без зрителей, ей вдруг стало страшно?
— Но ты же здесь для того, чтобы напомнить, красавица? Да? Я дядя старый, память меня подводит… Что я должен помнить?
— Левон… Это шутка такая? — она так противно захихикала, встала на цыпочки, чтобы в глаза заглянуть.
— О какой, зайчик?
— Фу… Не называй меня так! Левон, ну ты ночевал в своём кабинете, а меня Нина Георгиевна оставила доделывать отчёт, — девчонка сюсюкала, говорила, будто я — зелёный подросток, млеющий от ласки первой попавшейся тёлки.
